The Athletic вспоминает известных футболистов, которым в разное время пришлось пропустить чемпионат мира из-за обидных травм.
«Я немного посматривал матчи. В конце концов, ты просто превращаешься в обычного болельщика. Одним глазом плачешь от обиды, другим — радуешься за парней, потому что у них все получалось».
В июне 2014 года Марко Ройс находился на пике формы после лучшего сезона в карьере. Его 23 гола за дортмундскую «Боруссию» практически гарантировали место в стартовом составе сборной Германии на грядущем чемпионате мира.
Но прямо перед перерывом в заключительном товарищеском матче против Армении Ройс рухнул на газон после довольно безобидного на первый взгляд единоборства с Артуром Едигаряном.
Марко мгновенно понял: случилось что-то страшное. Его левая лодыжка на долю секунды вывернулась в направлении, в котором человеческие суставы выворачиваться не должны. Диагноз оказался безжалостным — частичный разрыв связок. Его чемпионат мира закончился, так и не успев начаться.
В эти дни Ройса, как и многих других ветеранов, наверняка не покидает горькое чувство дежавю и глубокого сопереживания, листая ленту новостей, откуда один за другим приходят сообщения о потерях накануне ЧМ-2026.
В субботу этот трагический список пополнил Леннарт Карль — 18-летний талант из «Баварии», который вполне мог стать главным джокером и игроком стартового состава сборной Германии. До него в лазарет попали Юго Экитике (Франция), Каору Митома (Япония), Родриго и Эстеван (Бразилия), Патрик Агьеманг (США), Серж Гнабри (Германия) и Хави Симонс (Нидерланды).
Все они пополнили это мрачное и нежеланное братство футболистов, чьи мечты о мундиале в разные годы были безжалостно разбиты травмами.
«Будучи ребенком, ты всегда мечтаешь сыграть на чемпионате мира. Мечтаешь о самой привилегии примерить эту футболку. Но травмы — неотъемлемая часть игры, часть нашей жизни, и ты обязан это принять.
Самое главное в такой момент — оставаться сильным ментально. Ты просто пытаешься осознать ситуацию и полностью фокусируешься на процессе восстановления, чтобы поскорее вернуться», — говорит Ройс.
Тогда, в 2014-м, Ройсу пришлось издалека наблюдать за тем, как его партнеры по команде уверенно шагают к золотым медалям. Когда немцы пробились в финал против Аргентины, Немецкий футбольный союз (DFB) предложил Марко прилететь в Рио-де-Жанейро, чтобы поддержать команду на стадионе. Он отказался. По официальной версии — для того, чтобы не прерывать реабилитацию.
Однако по-человечески его мотивы понять несложно: перспектива сидеть на трибуне «Мараканы» и наблюдать, как твои близкие друзья завоевывают главный трофей в твоей жизни, на котором ты сам должен был играть ключевую роль, в лучшем случае вызвала бы крайне неоднозначные эмоции.
Сразу после финального свистка близкий друг Ройса и автор победного гола Марио Гётце вынес на церемонию награждения футболку сборной Германии с фамилией Марко на спине, не расставаясь с ней на протяжении всего празднования на поле. Это был красивый и сильный жест, который, правда, сам Ройс в прямом эфире так и не увидел.
«Если честно, к тому моменту я уже лежал в кровати. Досмотрел матч и сразу лег спать. Это был потрясающий поступок с его стороны. Я увидел кадры только на следующий день. Был очень удивлен и безумно рад, что Марио так сделал. Мы близкие друзья, и этот момент наглядно показал, какой у него сильный характер», — вспоминает Ройс.
Ройс, без сомнения являющийся одним из лучших немецких футболистов своего поколения, казался парнем, на которого наложили настоящее проклятие, когда дело касалось национальной сборной. Свой первый вызов в Бундестим он получил прямо перед чемпионатом мира 2010 года — и был вынужден уехать из лагеря из-за травмы. По той же причине он пропустил Евро-2016, а затем и чемпионат мира 2022 года. Ему все же удалось сыграть (и даже забить) на мундиале 2018 года в России, и пускай Германия тогда с треском вылетела еще на групповом этапе, Марко по крайней мере прочувствовал на себе, что такое атмосфера большого футбольного праздника.
Тем не менее пропуск того единственного турнира, в котором Германия в итоге завоевала кубок, оставил глубокий шрам. И Ройс далеко не единственная жертва подобных роковых обстоятельств.
Кристиан Вьери пережил с Италией болезненное поражение в серии пенальти в четвертьфинале ЧМ-1998, а четыре года спустя забил единственный гол «Скуадры Адзурры» в скандальном матче 1/8 финала против Южной Кореи, где итальянцев бесцеремонно выкинули с турнира. Долгожданное искупление должно было наступить в 2006 году. Столкнувшись с жестким дефицитом игровой практики в «Милане», Бобо получил личные гарантии от главного тренера сборной Марчелло Липпи: наставник рассчитывал на форварда и настоятельно рекомендовал ему перейти в «Монако», чтобы вернуть тонус. Вьери послушался, но в марте получил тяжелейшую травму колена, которая окончательно перечеркнула его планы. В итоге ему, как и Ройсу, пришлось со стороны наблюдать за тем, как его партнеры поднимают над головой заветный кубок в Берлине.
«Честно скажу, следующие несколько лет дались мне с огромным трудом. Я в один миг лишился мечты всей своей жизни.
Но в глубине души я искренне радовался за парней, с которыми столько лет бок о бок играл за сборную. Это было время нашего поколения. Мы играли вместе с 17 лет, становились чемпионами Европы среди молодежных команд. Это была наша общая победа.
Конечно, та ночь в Берлине была идеальной. Единственное, чего там не хватало, — это меня самого», — признавался Вьери в интервью Gazzetta dello Sport в 2014 году.
Но, пожалуй, еще более жестоким ударом судьбы можно назвать потерю возможности поднять заветный кубок над головой в качестве капитана команды.
Именно это произошло с Эмерсоном, который должен был вести сборную Бразилии за собой на ЧМ-2002. Полузащитник пропустил весь победный для южноамериканцев турнир из-за нелепой случайности — он вывихнул плечо, решив ради забавы встать в ворота во время двухсторонки на тренировке.
«Если чему-то суждено случиться, это обязательно произойдет. Можно точно так же упасть с лестницы и получить серьезную травму. Это могло случиться с абсолютно любым футболистом, но случилось именно со мной», — философски комментировал Эмерсон те события в прессе.
И все же, даже разминувшись со своей главной минутой славы, Ройс, Вьери и Эмерсон по крайней мере имели за плечами опыт выступлений на других крупных международных форумах.
Но в жестоком мире профессионального спорта нет абсолютно никаких гарантий, что условные Экитике, Эстеван или Агьеманг получат еще один шанс сыграть на чемпионатах мира в будущем.
За подтверждением далеко ходить не надо — достаточно спросить Кори Гиббса. В 2006 году американец перешел из «Фейеноорда» в «Ден Хааг» на правах аренды, преследуя единственную цель — получить стабильную игровую практику перед поездкой в Германию. План сработал идеально: главный тренер сборной США Брюс Арена лично заверил игрока, что тот железно попадает в финальную заявку, после чего Гиббс отыграл полные 90 минут в подготовительном товарищеском матче против Марокко.
«Отыграть полный матч было великолепным чувством. Я зашел в раздевалку, все было отлично. Но буквально через 15 минут, когда я пошел в душ, я начал отчетливо чувствовать, как мое колено медленно, но верно сковывает и наливает тяжестью», — вспоминает Гиббс, ныне работающий футбольным агентом.
Гиббс, которого проблемы с коленями преследовали на протяжении всей карьеры, сразу заподозрил худшее. Медицинский штаб просил его не паниковать раньше времени и дождаться результатов полноценного МРТ-сканирования. Однако снимки принесли самые скверные новости.
«Осознание реальности накрыло меня мгновенно. Первой мыслью было: "Я не могу поверить, что пропускаю чемпионат мира". Это было тотальное опустошение. Худшее, что может пережить футболист, ведь рушится главная мечта его жизни», — вспоминает Гиббс.
Буквально за пару недель до этого из американской заявки из-за разрыва крестообразных связок уже выбыл полузащитник Фрэнки Хейдук, причем той травме предшествовал пугающе пророческий разговор в кругу команды.
«Мы сидели в комнате: я, Клинт Демпси, Эдди Джонсон, ДаМаркус Бизли. Мы сидели, шутили, размышляли о том, что перед каждым чемпионатом мира один или два человека обязательно ломаются и пропускают турнир. Мы еще посмеялись: интересно, кто станет следующим? Буквально через несколько дней этим человеком оказался я», — добавил Гиббс.
Подобный злой рок не щадил и великих игроков. Альфредо Ди Стефано помог сборной Испании пробиться на чемпионат мира 1962 года, но получил тяжелую травму незадолго до старта турнира. Технически он числился в заявке команды, полетевшей в Чили, но на поле так и не появился.
Карим Бензема в 2022 году из-за надрыва мышцы бедра был вынужден со стороны наблюдать за тем, как Франция добирается до финала в Лусаиле. Пеп Гвардиола из-за травмы полностью пропустил ЧМ-1998, а Рафаэль ван дер Варт дернул икроножную мышцу на тренировке буквально за пару дней до оглашения финального состава сборной Нидерландов в 2014 году.
Как правило, в таких ситуациях все предельно очевидно: характер повреждения не оставляет игроку ни единого шанса на участие в турнире. Однако история знает и куда более сложные, двусмысленные примеры. Чего только стоит исключение Ромарио из заявки сборной Бразилии перед ЧМ-1998. Главный тренер Марио Загалло отцепил форварда из-за проблем с икроножной мышцей. Сам нападающий был свято уверен, что успеет восстановиться и принесет пользу команде хотя бы на поздних стадиях, но Загалло наотрез отказался рисковать драгоценным местом в составе ради наполовину готового игрока. Ромарио воспринял это решение как личное оскорбление: сначала он разрыдался на официальной пресс-конференции, а чуть позже заказал у художника карикатуру. На дверях туалета в принадлежавшем ему баре в Рио-де-Жанейро появились изображения Загалло, сидящего на унитазе со спущенными штанами, и его ассистента Зико, покорно подающего шефу туалетную бумагу.
Порой футболисты оказываются перед мучительным, почти невозможным выбором: расставить приоритеты в пользу клуба, который платит им зарплату здесь и сейчас, или пожертвовать всем ради грядущего чемпионата мира.
В 2002 году в такой ловушке оказался Стивен Джеррард. На протяжении всего сезона его терзали хронические боли в паху, вызванные проблемами со спиной. Стивен мог лечь на операционный стол в середине сезона, что позволило бы ему сыграть в Японии и Южной Корее. Однако это означало пропуск важнейших недель в составе «Ливерпуля», который отчаянно сражался за путевку в Лигу чемпионов. В итоге Джеррард выбрал консервативное лечение, чтобы остаться доступным для клуба.
«Пожертвовать интересами "Ливерпуля" в краткосрочной перспективе ради того, чтобы гарантировать себе поездку со сборной Англии летом 2002 года — это то, на что я просто не мог пойти.
Только представьте, если бы я объявил фанатам на "Копе": "Извините, парни, я беру трехмесячный отпуск, чтобы получше подготовиться к чемпионату мира. Жаль, конечно, что я рушу вам сезон. Но не переживайте, в Кубке УЕФА тоже будет весело". Исключено. Меня бы просто растерзали», — откровенно писал Стивен в своей первой автобиографии.
Развязка оказалась трагичной: в самом последнем матче сезона Джеррард почувствовал резкую, пронзающую боль в паху. Тогдашний босс «Ливерпуля» Жерар Улье подошел к нему в раздевалке и прямо сказал, что на мундиаль он не едет. «Нет. Замолчите. Не говорите этого. Стоп. Я не хочу этого слышать», — вспоминал свои мысли полузащитник.
Чтобы хоть как-то спастись от удушающего чувства упущенного шанса, Стивен улетел в отпуск в Дубай. Но тоска по турниру была столь невыносимой, что, по его собственному признанию, он «до того скучал по чемпионату мира, что даже по пляжу ходил исключительно в шортах сборной Англии».
Впрочем, в редких случаях внезапная травма может стать скрытым благословением. Сборная Франции в 2002 году выглядела настолько беспомощно и жалко, что Робер Пирес, порвавший «кресты» на исходе, возможно, лучшего сезона в своей карьере, по итогу мог выдохнуть с облегчением, поскольку не запятнал репутацию позорным вылетом действующих чемпионов мира уже после первого раунда.
Похожая история случилась и с Лассана Диарра в 2010 году. Из-за внезапного приступа серповидноклеточной анемии он пропустил южноафриканскую кампанию французов. И тем самым уберег себя от участия в одном из самых постыдных скандалов в истории мирового футбола, когда Николя Анелька выгнали из сборной после жесткой ссоры с Раймоном Доменеком, а вся остальная команда в знак протеста устроила забастовку и отказалась тренироваться, обрекая французский футбол на долгие годы взаимных обвинений и разбирательств.
Иногда подобные травмы приводят к внезапному и болезненному финалу яркой карьеры в национальной сборных. Михаэль Баллак лишился поездки на ЧМ-2010 из-за серьезного повреждения голеностопа, полученного в составе «Челси» в финале Кубка Англии. В его отсутствие молодая немецкая команда, в которой зажглись звезды Томаса Мюллера, Месута Озила и Бастиана Швайнштайгера, вопреки многим прогнозам триумфально дошагала до полуфинала в Южной Африке.
В итоге, когда Баллак вернулся в строй в следующем сезоне, Йоахим Лёв просто перестал вызывать его в состав, явно рассчитывая, что ветеран тихо объявит о завершении международной карьеры. Однако Михаэль уходить не собирался, что привело к довольно некрасивой публичной перепалке. Немецкий футбольный союз (DFB) самовольно объявил, что грядущий товарищеский матч против Бразилии станет для полузащитника «прощальным». Для самого Баллака это стало полной неожиданностью: он наотрез отказался от вызова, публично назвав эту инициативу чиновников «фарсом». В результате его последней игрой за Манншафт так и остался товарищеский поединок против Аргентины в марте 2010 года, а сам капитан навсегда застыл на отметке в 98 матчей за сборную.
Но как именно травмированные футболисты справляются с эмоциями, когда долгожданный турнир все-таки начинается? Насколько больно смотреть матчи со стороны, понимая, что ты должен был быть там, на поле? Ройс в 2014-м изредка поглядывал игры Германии, но был слишком поглощен реабилитацией, чтобы по-настоящему погружаться в контекст. Джеррард в 2002-м смотрел битву Англии против Аргентины в дубайском баре в компании британских экспатов. Вьери же в 2006-м так и не смог заставить себя включить ни одну трансляцию триумфального для Италии мундиаля.
Для Робера Пиреса в 2002 году это давление и вовсе оказалось невыносимым. «Я просто очень прошу всех оставить меня сейчас в покое. Все предельно очевидно: этот чемпионат мира для меня мертв», — отрезал он в интервью L’Équipe.
С другой стороны, Кори Гиббс, напротив, сумел превратиться в обычного преданного болельщика: «Я смотрел абсолютно каждую игру и яростно поддерживал парней. Если бы меня отцепил главный тренер по спортивным причинам, это, вероятно, ударило бы по мне совсем иначе. Но в случае с травмой я оставался частью этой команды у экрана и искренне желал им победы».
Именно в такой психологической ловушке прямо сейчас оказываются Карль, Экитике, Митома, Родриго, Эстеван, Агьеманг, Гнабри, Симонс и другие игроки, пропускающие ЧМ-2026. Каждому из них придется справляться с этим по-своему. Кто-то включит телевизор, кто-то — уедет подальше от цивилизации. Но главный совет, который им может дать Марко Ройс, звучит просто: смотрите только вперед.
«Это был ужасный, крайне болезненный опыт. Но я всегда руководствовался одним правилом: постарайся вернуться еще сильнее и просто оставайся верным самому себе в этот тяжелый момент», — резюмирует Ройс.