The Athletic показывает изнутри самый противоречивый турнир в современной истории сборной Англии: от забавных историй в лагере до глубокого тактического кризиса, который навсегда лишил Томаса Тухеля доверия болельщиков.
Футбольная ассоциация Англии ничуть не скрывала своих амбиций, когда в октябре 2024 года назначала Томаса Тухеля. Руководящий орган английского футбола прямо заявлял, что цель команды — выход в финал чемпионата мира. Именно поэтому им был нужен элитный тренер, специалист с победным опытом, способный гарантировать Англии шанс на первый за последние 60 лет триумф на мундиалях.
Их главной целью изначально был Пеп Гвардиола, с которым даже существовало устное соглашение, пока каталонец не принял решение продлить контракт с «Манчестер Сити». Это и привело ассоциацию к кандидатуре Тухеля — тренера, который также выигрывал Лигу чемпионов.
Однако в эти выходные сборной Англии не будет на стадионе «МетЛайф» в Нью-Джерси, всего в нескольких милях от Манхэттена. Вместо этого они отправятся в Майами, где сыграют с Францией в матче за третье место — обязанность, которую им уже приходилось выполнять против Бельгии восемь лет назад, на первом чемпионате мира под руководством предшественника Тухеля, Гарета Саутгейта.
Тогда, в 2018-м, в матче за бронзу было что-то новое, это был свежий опыт для игроков, прошедших вместе через яркое приключение. В этот же раз игра на утешительной стадии воспринимается как обуза для команды, которая максимально четко обозначала свои цели на турнир. И, возможно, именно из-за масштаба этих амбиций и неспособности их реализовать, все, кто так или иначе связан со сборной Англии, испытывают такое колоссальное разочарование после трусливого вылета от Аргентины в прошлую среду.
Тухеля приглашали не для того, чтобы заложить фундамент на долгие годы вперед или выстроить новую долговечную систему. Его нанимали с одной конкретной целью — выиграть чемпионат мира 2026 года.
И была искренняя уверенность в том, что у него всё получится. Многие игроки были полностью в этом убеждены, а Джейк Рид, президент клуба «Спортинг Канзас-Сити» (команды MLS, базирующейся неподалеку от тренировочного лагеря англичан и ставшей их соперником в товарищеском матче посреди турнира), признался, что Тухель и высшее руководство Футбольной ассоциации даже планировали сделать памятные татуировки, если 60-летнее ожидание Англией крупного трофея наконец-то прервется. Было ли это шуткой? Возможно, но вера в успех была абсолютно реальной.
Тухелю сейчас ничего не угрожает. В его высокооплачиваемом контракте были прописаны пункты, согласно которым обе стороны могли расторгнуть соглашение, если бы Англия вылетела с чемпионата мира до стадии четвертьфинала. Но, несмотря на характер поражения от Аргентины, вызвавший бурю негодования на родине, и тот факт, что Гвардиола — теперь свободен после своего ухода из «Сити» по окончании сезона — предположительно всё еще заинтересован в этой должности, ранее дав устное согласие, Тухель почти наверняка продолжит работу.
Журналисты The Athletic пообщались со множеством источников, знакомых с деталями кампании сборной Англии на ЧМ (они согласились говорить на условиях анонимности, чтобы защитить свое положение), чтобы понять, почему турнир, обещавший так много, завершился при до боли знакомых и мучительных обстоятельствах.
Миссия, как всегда подчеркивал Тухель, заключалась в том, чтобы «нанести вторую звезду» на игровую форму сборной Англии — сделать команду чемпионами мира во второй раз после 1966 года. Когда он объяснил это на своей первой встрече с игроками в Сент-Джордж Парк в марте прошлого года, они были поражены его уверенностью и харизмой.
Однако Тухель прекрасно понимал, что наличия просто хороших игроков никогда не будет достаточно. Они хотели создать то, что называли «Командой Англии» (Team England) — коллектив, объединенный не только четким игровым почерком, но и высшей целью. Они хотели построить настоящее «братство».
Это означало, что начиная с международной паузы в сентябре прошлого года, едва ли не самым важным фактором стала преданность игроков друг другу и общему делу. Речь шла о том, чтобы «засунуть свое эго подальше», как выразился вингер Энтони Гордон после победы над Мексикой в 1/16 финала, и «поставить себя ниже конечной цели».
В итоге, после предсказуемой победы над Андоррой 6 сентября, Тухель был настолько впечатлен тем, как Гордон, Морган Роджерс и Эзри Конса тренировались после матча, что включил их в стартовый состав на игру в Белграде три дня спустя. Та победа над Сербией со счетом 5:0 стала эталоном: не только с точки зрения того, как Англия прессинговала и контратаковала, но и благодаря единству, которое продемонстрировал весь состав. То, как запасные поддерживали команду по ходу матча, и то, какие спринты они наматывали уже долгое время спустя после финального свистка — в угасающем свете на неровном поле, пока его ассистент Энтони Барри наблюдал за ними из тени.
Когда в следующем месяце Тухель решил сохранить тот же состав, отказавшись от вызова Джуда Беллингема, его засыпали вопросами. Он неоднократно настаивал на том, что находится здесь не для того, чтобы «коллекционировать таланты», а чтобы «строить команду». Эту фразу Билла Беличика он подцепил из документального фильма о невероятно успешной команде НФЛ «Нью-Ингленд Пэтриотс». И он подчеркивал, что его слова не должны расходиться с делом — к этому принципу Тухель возвращался постоянно.
Поэтому, когда в последнюю неделю мая Тухель сделал свои 50 телефонных звонков, сообщая игрокам из расширенного списка кандидатов на чемпионат мира, кто едет на турнир, а кто остается дома, он предельно четко понимал, чего хочет. Ему нужны были исполнители, которые безоговорочно поверили в идею «братства» и смогут без проблем перенести кампанию, которая могла растянуться на семь недель. Игроки, имеющие четкую роль в его излюбленной системе 4-2-3-1, будь то железные 15 футболистов обоймы или его «отряд специального назначения» — те, кто должен был переламывать ход встреч, выходя со скамейки, и при этом оставаться довольными своим положением, практически не имея шансов появиться в старте.
Это означало, что в заявку не попали Фил Фоден и Коул Палмер, которые проиграли конкуренцию из-за того, что другие «десятки» — Беллингем, Роджерс и Эберечи Эзе — играли лучше. Не поехал Трент Александер-Арнольд, который при Тухеле почти не появлялся на поле. Не нашлось места Гарри Магуайру, что вызвало ярость как самого защитника, так и его семьи. И, что в конечном итоге оказалось самым критичным, мимо турнира пролетели Адам Уортон и Морган Гиббс-Уайт — два лучших английских полузащитника Премьер-лиги последних лет.
Это был состав, построенный на самоотдаче — как с точки зрения атлетизма, так и в плане командной этики. В нем ощущался дефицит техничных игроков, способных делать разницу в одиночку, а также правых защитников. В центре поля за спинами Эллиота Андерсона и Деклана Райса (последний подошел к турниру на фоне изнурительного сезона в «Арсенале») единственной подстраховкой оставались Джордан Хендерсон и Кобби Мейну. Роль 35-летнего Хендерсона была понятна, а вот Мейну до этого не сыграл при Тухеле ни одной минуты в официальных матчах. Не сыграл он и семь игр спустя.
Это были те самые риски, на которые главный тренер шел абсолютно осознанно.
Поиски базового лагеря для сборной Англии на чемпионате мира начались с того, что на карте Соединенных Штатов провели линию ровно посередине. В Футбольной ассоциации прекрасно понимали, что это будет самый жаркий мундиаль со времен ЧМ-1994, который также проходил в США.
Функционерам нужно было место с достаточно теплым климатом, чтобы подготовить команду к игре в условиях жары, но при этом не настолько пекло, из-за которого в отдельные дни тренировки стали бы попросту невозможными. Таким образом, идеальным вариантом виделся центральный пояс США.
Затем встал вопрос логистики и удобства. В FA очень хотели избежать длительных перелетов через весь континент после матчей. На первый взгляд казалось проще обосноваться на Восточном побережье, но что, если бы команда заняла второе место в группе и была вынуждена играть матч на вылет в Лос-Анджелесе или Сиэтле? Самым безопасным и просчитанным вариантом было остаться в центре страны, откуда большинство перелетов обратно после игр занимали бы не более трех часов.
Кроме того, ассоциации нужен был отель, который они могли бы полностью закрыть под себя и сделать своей полноценной резиденцией, а не просто выкупить несколько этажей в каком-нибудь высотном здании. В идеале — поближе к аэропорту. Всем этим критериям соответствовал тихий южный пригород Канзас-Сити, откуда до подходящей тренировочной базы было всего 20 минут езды.
Главным приоритетом после этого стало создание домашней и уютной атмосферы для футболистов на всё время их пятинедельного пребывания. В просторном лобби установили виниловый проигрыватель, где игроки могли включать свою любимую музыку. Там также были мишень для дартса, настольный футбол и бильярдный стол. Последний, к слову, пришлось в спешном порядке выкупать у местной семьи из пригорода прямо в день приезда английской делегации.
На открытой площадке за зданием отеля располагались баскетбольная площадка, плавательный бассейн (со специальными подводными тренажерами-велосипедами для ускорения восстановления), джакузи и инфракрасные сауны. Там же находилась зона для костра, окруженная диванами и креслами-мешками, где игроки регулярно собирались, чтобы поиграть в «Оборотня» (аналог «Мафии»). Кроме того, полузащитник Джуд Беллингем пристрастил всю команду к настольной карточной игре Skyjo.
Конечно, не обошлось и без неприятных инцидентов. Еще до прибытия сборной в Канзас-Сити из лагеря была украдена часть экипировки — включая четыре пары футбольных бутс, пять пар кроссовок, три подписанные игроками футболки национальной сборной (оцениваемые примерно в 5,000$), официальный мяч чемпионата мира, портативная колонка и конструктор Lego в виде кроссовка Nike Air. К счастью, местная полиция оперативно всё нашла и вернула. Позже, уже по ходу турнира, произошел еще один сбой в системе безопасности: на территорию медиацентра базы проник мужчина с разводным ключом в руках.
Но в целом атмосфера в штаб-квартире сборной оставалась исключительно позитивной. Тухель прекрасно знал, что два года назад на чемпионате Европы в его родной Германии обстановка в лагере англичан далеко не всегда была жизнерадостной. Он хотел построить систему, в которую безоговорочно поверит каждый. Именно поэтому он подбирал игроков, которые, по его ожиданиям, должны были стать идеальными «туристами» — популярными и бескорыстными внутри коллектива (как Дэн Берн или Джордан Хендерсон), и именно поэтому он отцепил тех, кто, по его мнению, не вписался бы в общекомандную этику.
После столь разочаровывающего вылета всегда велик соблазн оглянуться назад и попытаться найти скрытые зацепки в настроении лагеря или поведении футболистов. Однако, по информации многочисленных источников, знакомых с внутренней динамикой команды, это было по-настоящему сплоченное и счастливое место. И тот факт, что Англия стартовала на турнире с победы над Хорватией в Далласе и поймала хороший импульс, безусловно, этому поспособствовал.
Беллингем, который далеко не всегда выглядел счастливым на Евро-2024 как на поле, так и за его пределами, в Соединенных Штатах был полностью вовлечен во всё, что делала сборная Англии. Этому во многом способствовало присутствие в заявке его близкого друга Джордана Хендерсона. И действительно, Хендерсон играл важнейшую роль за кулисами команды, даже после того, как сломал запястье, неудачно перепрыгнув через рекламный щит у кромки поля во время празднования победы над Мексикой. После того, как его экстренно отправили самолетом обратно в Канзас-Сити для проведения операции (владелец клуба «Спортинг Канзас-Сити» Клифф Иллиг отметил на пресс-конференции, что клубу «пришлось изрядно покрутиться, чтобы оперативно найти для него самолет и доставить назад»), Хендерсон остался в расположении сборной до самого конца турнира.
Жизнь в тихом американском Среднем Западе протекала спокойно и практически незаметно для окружающих. Некоторым игрокам очень нравилось, что они могут спокойно изучать окрестности, точно зная, что их не атакует толпа фанатов, как это обычно происходит в Великобритании. Единственной серьезной проблемой была скука. Это был слишком долгий период вдали от дома, и футболисты, как правило, могли видеться со своими семьями только в специально отведенные выходные дни, что становилось возможным лишь тогда, когда у Англии был приличный временной зазор между матчами.
Главное испытание легло на плечи не тех 15 футболистов, которые составляли костяк команды, а тех, кто оказался на вторых ролях. Многие из них поначалу без проблем приняли свои функции и излучали оптимизм. Но по мере того как шло время — а в общей сложности поездка заняла семь недель — сохранять такой настрой становилось всё труднее. Далеко не все из них смогли стать ключевыми джокерами, выходящими на замену, как это вышло у Дэна Берна. И некоторые из этих футболистов, по словам источников, «начали отчетливо ощущать себя просто массовкой, необходимой лишь для количества».
Особенно бурные дискуссии вызвало то, как тренерский штаб обошелся с Кобби Мейну. Ему с трудом удавалось скрывать свое разочарование из-за того, что его так ни разу и не выпустили на поле. Его унылые, понурые проходы через послематчевые микст-зоны — а он зачастую одним из первых возвращался в командный автобус — стали одной из самых безрадостных и мрачных картин в лагере сборной Англии на этом турнире.
Один из источников, близких к команде, задавался вопросом: возможно, Тухель просто посчитал 21-летнего футболиста слишком молодым парнем, который будет счастлив уже от самого факта попадания в заявку на чемпионат мира? Другие же сходились во мнении, что полузащитник «Манчестер Юнайтед» попросту не сделал достаточно, чтобы заслужить доверие тренера. Так или иначе, план Тухеля на этого игрока до конца так никто и не понял. Вместо этого Мейну под занавес турнира наблюдал, как в среднюю линию вместо него выпускают защитника Риса Джеймса. Он не получил игрового времени даже тогда, когда Деклан Райс наглядно мучился из-за проблем с физической формой — и это при том, что источник внутри лагеря настаивал, что Кобби отлично проявлял себя на тренировках.
Проблема заключалась в том, что именно эти недовольные своим положением запасные игроки и понадобились Тухелю в самом конце. И когда в матче против Аргентины Англии кровь из носу потребовалась свежая атакующая энергия, они так и остались сидеть на скамейке.
Гарри Кейну был жизненно необходим мощный турнир. Лучший бомбардир в истории сборной Англии приехал на этот мундиаль после того, как блекло провел Евро-2020, ЧМ-2022 и Евро-2024. Казалось, что у него осталось незавершенное дело, один последний большой шаг, который нужно сделать.
Сам Кейн на протяжении многих месяцев твердил всем вокруг, что находится в лучшей игровой и физической форме в своей жизни. В минувшем сезоне он наколотил 61 гол за «Баварию» и завоевал свой второй титул чемпиона Бундеслиги.
Одно из самых впечатляющих качеств Кейна — это его способность продолжать прогрессировать даже на столь позднем этапе карьеры. И это в равной степени относится как к его действиям на поле, так и за его пределами. Одной из главных историй за время работы Тухеля стало ментальное взросление 32-летнего нападающего как капитана: за кулисами он стал гораздо более красноречивым и авторитетным лидером, хотя раньше предпочитал просто вести за собой команду собственным примером.
Еще во время осенних сборов в сентябре и октябре Тухель почувствовал зарождение новой динамики внутри коллектива, во главе которой встали Кейн и Райс, и тренер всячески стремился её поддерживать. Когда 14 октября Англия гарантировала себе путевку на этот турнир, победив в Латвии, Кейн выступил в раздевалке с воодушевляющей речью. Он объяснял молодым игрокам, насколько особенным событием является чемпионат мира, и призывал их сохранять этот голод до самого финала.
Кейн подходил к своим капитанским обязанностям со всей серьезностью, особенно когда дело касалось досуга партнеров во время столь длительной поездки. Именно Гарри пригласил своего хорошего друга Эда Ширана выступить перед командой с эксклюзивным концертом. А легенда НФЛ Том Брэди — еще один его приятель из категории топ-знаменитостей — лично заглянул в лагерь сборной, чтобы поприветствовать парней.
На футбольном поле Кейн тоже стартовал мощно, оформив дубль в первом же матче против Хорватии. На командном собрании перед игрой с Ганой, состоявшейся шесть дней спустя, он объяснял партнерам, как важно сломать извечную привычку Англии обязательно играть вничью во втором матче на групповых этапах крупных турниров. Сделать этого не удалось — встреча завершилась со счетом 0:0, однако свой третий гол на чемпионате Кейн забил уже в заключительном туре группы против Панамы.
Его звездный час настал в первом матче плей-офф против ДР Конго, когда два его блестящих гола во втором тайме вывели Англию в четвертьфинал и гарантировали поездку в Мехико.
Сразу после финального свистка той игры Кейн сделал то, чего обычно избегал на публике: он собрал всех футболистов в плотное кольцо прямо в центре поля. Гарри чувствовал, что команда недостаточно бурно отпраздновала победу над Панамой и выход из группы с первого места, и этот момент на стадионе «Ацтека» стал шансом искренне насладиться успехом вместе — как друг с другом, так и с тысячами прилетевших английских фанатов. Когда Кейн сорвал голос, празднуя этот триумф, казалось, что общественность наконец-то увидела его совершенно новую сторону.
И именно поэтому сейчас всех охватывает такое колоссальное разочарование от того, что этот турнир закончился для Кейна точно так же, как и многие предыдущие: капитан, по его собственному признанию, остался с «разбитым сердцем» из-за вылета Англии, а еще одна великая возможность была безвозвратно упущена. К тому же, девятка сборной Англии снова растворился на поле и с огромным трудом оказывал хоть какое-то влияние на игру в самые решающие моменты.
Шестой и последний гол Кейна на этом чемпионате мира был забит с пенальти на «Ацтеке». Его последний точный удар с игры пришелся на матч против ДР Конго — четвертый из семи поединков Англии на турнире. Четвертьфинал против Норвегии превратился в изнурительную рутину в условиях практически невыносимой жары и влажности, но в игре с Аргентиной — особенно во время кошмарного провала во втором тайме — Кейн не только не смог создать никакой угрозы у чужих ворот, но даже не сумел помочь Англии банально зацепиться за мяч впереди, чтобы перевести дух и снять колоссальное давление со своей линии обороны.
Для него, как и для всей Англии, этот финал оставил жуткое ощущение дежавю, до боли напоминая полуфинал против Хорватии на ЧМ-2018, финал Евро-2020 против Италии или решающий матч против Испании на Евро два года назад.
На прошлых турнирах от Кейна всегда требовалось в одиночку тащить на своих плечах все атакующие действия сборной Англии. Главное же отличие на этот раз заключалось в том, что теперь у него появился партнер мирового уровня в лице Беллингема.
Дискуссии вокруг Беллингема затмевали любые другие темы накануне этого чемпионата мира. Решение Тухеля не вызывать его на октябрьский сбор оставалось — вплоть до его тактических перестановок во время матча в Атланте в прошлую среду — самым обсуждаемым шагом за всё время его работы у руля сборной. Однако Томас всегда стремился выжать максимум из Беллингема, желая видеть в составе голодного до побед, сфокусированного и преданного общему делу игрока, а не ту слегка отстраненную версию себя, которой Джуд предстал на Евро-2024.
И всё же вопрос о том, как именно эффективнее всего использовать полузащитника «Реала» на этом мундиале, долго оставался открытым. За весь год, предшествовавший стартовому матчу турнира, он лишь однажды вышел в основе в официальной встрече за сборную — в ничего не решавшем матче против Албании в Тиране. За время тех важнейших осенних сборов позицию «десятки» прочно застолбил за собой Морган Роджерс. Перед самым стартом чемпионата идеальное тактическое решение не просматривалось. Тухель даже размышлял над тем, не выпустить ли Роджерса в роли атакующего полузащитника со стартовых минут, используя Беллингема как прямую альтернативу Кейну на острие атаки.
Однако Беллингем выдал блестящий перформанс во втором товарищеском матче против Коста-Рики, окончательно убедив Тухеля. С тех пор он неизменно выходил в стартовом составе в каждой игре этого чемпионата мира и зарекомендовал себя невероятно разносторонним универсалом — «десяткой», способной одновременно выполнять функции динамичного полузащитника box-to-box и превращаться в убийственного форварда внутри штрафной площади, когда того требует ситуация. Тухель бросил ему вызов, потребовав стать по-настоящему командным игроком, и эта ставка безоговорочно сыграла.
Всё началось с его фирменного сольного прохода на скорости, завершившегося мощным ударом и третьим голом Англии в победном матче против Хорватии (4:2). Он также вовремя подставил ногу, чтобы открыть счет в игре с Панамой, а затем ассистировал Кейну, когда тот забивал второй мяч. Но именно в плей-офф, когда Англии приходилось по-настоящему тяжело и команде требовалось вдохновение, Беллингем вышел на какой-то запредельный, сокрушительный уровень.
В Мехико он забил дважды за две минуты: два резких и своевременных рывка увенчали образцовые контратаки и обеспечили Англии важнейшее преимущество в два мяча. Этого задела хватило, чтобы довести матч до победы, а физическая неутомимость и стойкость Беллингема в моменты, когда Англия отчаянно удерживала счет вдесятером, казалось, полностью олицетворяли игровой подход команды. Ни один футболист не выглядел более преданным общему делу, чем он.
Не менее впечатляющим было и следующее противостояние против Норвегии. В условиях изнуряющей жары и удушающей влажности Майами, в день, когда у Англии абсолютно ничего не клеилось в игре, Беллингем лично забил оба мяча своей команды. Эти точные удары довели счет его голов на турнире до шести — столько же, сколько было и у Кейна.
Сразу после того матча Беллингему задали вопрос о послематчевой критике со стороны Тухеля, на что полузащитник ответил двусмысленным намеком: он предпочел напомнить, что главный тренер, завершивший карьеру игрока уже в 25 лет из-за травмы после недолгого пребывания во втором и третьем дивизионах Германии, просто не знает, каково это — находиться там, на футбольном поле. Это был единственный публичный момент разобщенности за все время проведения кампании. Однако примечательно, что и Кейн, и сам Тухель в последующие дни поспешили выступить в защиту Беллингема — они сплотили ряды вокруг него и фактически сняли с игрока любую вину за этот инцидент. Это выглядело как наглядное напоминание о том, насколько важно для этой команды сохранять Джуда неотъемлемой и гармоничной частью коллектива.
Тухель, как и любой элитный тренер, на протяжении всего чемпионата мира прекрасно осознавал возможность провала. В свободное время во время перелетов он смотрел «Рафу» — документальный сериал от Netflix о великом теннисисте Рафаэле Надале. И главный урок, который он вынес из этой истории, заключался в том, что «вы не найдете великих спортсменов, которые не переживали бы тяжелых поражений» и не сталкивались бы из-за них с бессонными ночами, полными сомнений в себе. Даже после того как Англия со скрипом одолела Новую Зеландию в своем первом товарищеском матче в Тампе 6 июня, Тухель ловил себя на мысли: достаточно ли он хорош, и в чем именно он оказался прав или ошибся.
Тем не менее Англия мощно начала турнир с той самой победы над Хорватией, когда они в первый и последний раз на этом чемпионате мира на протяжении долгого времени демонстрировали именно тот футбол, в который хотели играть: физически интенсивный и доминирующий, прямо как в Премьер-лиге. Когда англичане были раздосадованы тем, что к перерыву счет оставался ничейным (2:2), Тухель спокойно сказал игрокам просто продолжать в том же духе. И когда обе команды начали выдыхаться, Тухель вовремя задействовал скамейку запасных, чтобы окончательно снять все вопросы о победителе.
И все же, чем дальше по турнирной сетке продвигалась Англия, тем сильнее она, казалось, отдалялась от той игровой идентичности, которую пытался привить Тухель. Он прекрасно это понимал и всегда предельно откровенно говорил о том, чего именно ждет от команды. Практически перед каждым матчем он рассуждал о новом уровне, который хочет увидеть, и всегда оставалось ощущение, что игра вот-вот окончательно встанет на рельсы.
Перед игрой с Мексикой в 1/8 финала Тухель сетовал на то, что Англия действует слишком «нетерпеливо»; перед четвертьфиналом с Норвегией утверждал, что футболисты «слишком много думают на поле», а перед полуфиналом с Аргентиной заявил, что «пришло время пойти ва-банк». Тухель во всех красках описывал стиль игры, который он себе представлял: Англия уверенно выходит из-под прессинга, умно распоряжается мячом и доминирует на чужой половине поля. Но пазл так до конца и не сложился.
Разумеется, класса Англии вполне хватало, чтобы продолжать побеждать. Тухель всегда тонко чувствовал, какие слова нужно подобрать для игроков или какие перестановки сделать, чтобы склонить чашу весов в свою пользу. Он часто повторял американское спортивное выражение «pounding the rock» («долбить скалу»), означающее необходимость сохранять предельное терпение в попытках взломать чужую оборону.
Это сработало в матчах против Панамы и ДР Конго, когда Англия не поддалась панике и в итоге заставила соперников дрогнуть. Безусловно, колоссальным подспорьем стало наличие впереди Кейна и Беллингема — игроков экстра-класса, способных делать разницу в одиночку. Да и сам Тухель поначалу принимал сильные тренерские решения: например, его ход с выпуском Энтони Гордона по истечении часа игры добавил атаке необходимой остроты и предопределил исход встречи против ДР Конго.
Но того самого качественного скачка в игре — шага вперед, который позволил бы Англии обрести свою истинную идентичность, — так и не произошло. В матче против ДР Конго они не вели в счете вплоть до 86-й минуты. Большую часть победного матча с Мексикой, который, учитывая обстоятельства, стал героическим достижением, англичане провели, практически безвылазно окопавшись в собственной штрафной площади, без конца отбивая, вынося и буквально выгрызая мяч. Это был великий момент для Тухеля, который проявил инициативу и оперативно перестроил команду на игру в пять защитников после красной карточки Джарелла Куансы на 54-й минуте, чтобы удержать победу, и который после финального свистка заявил игрокам, что на этот раз «скалой» были они сами.
Однако, как наглядно показал второй тайм в Атланте в прошлую среду, подобный игровой стиль невозможно воспроизводить на постоянной основе. В матче против Норвегии англичане большую часть времени выглядели абсолютно разобранными — и это стало напоминанием о том, что замены Тухеля могли быть как гениальными, так и провальными, — прежде чем команда снова кое-как доползла до финиша благодаря голу в дополнительное время.
В конечном счете они провели на турнире семь матчей, но демонстрировали свою лучшую версию на протяжении ничтожно малого количества минут от общего игрового времени: второй тайм стартовой встречи с Хорватией, несколько игровых отрезков против ДР Конго, когда им приходилось отыгрываться и создавать моменты, возможно, контратаки в Мехико или, с большой натяжкой, овертайм против Норвегии.
Исходя из этого, пожалуй, не стоит удивляться тому, что в полуфинале Англия просто бросила играть. Они перестали «долбить скалу» и в итоге сами оказались стерты в порошок.
Многочисленные источники, с которыми пообщались журналисты The Athletic, выразили шок и крайнее разочарование тактическими решениями Тухеля в той роковой встрече. Некоторые даже поставили под сомнение его репутацию великого тактика, подчеркивая, что решение Англии окопаться в глубоком оборонительном блоке после того, как они повели со счетом 1:0, изначально было обречено на провал против соперника уровня сборной Аргентины.
Центральный защитник Марк Гехи после финального свистка не скрывал своего сожаления в беседе с журналистами, отметив, что команде «следовало продолжать давить», в то время как Гарри Кейн признал, что «попытка удержать счет на таком уровне — этого слишком мало». Впрочем, ни один из них не выступал с открытой критикой в адрес главного тренера.
Другие же источники указывают на то, что Англия начала садиться глубже еще до перерыва на водопой во втором тайме. Сам менеджер после игры задался вопросом: возможно, у этой команды просто «нет в ДНК — умения забрать мяч, контролировать игру и владеть инициативой».
Отчасти причиной провала Англии стало банальное невезение, продиктованное обстоятельствами. В распоряжении Тухеля так и не появилось полностью здорового Деклана Райса. Полузащитник «Арсенала» прибыл в лагерь с невралгической болью в подколенном сухожилии, а затем подхватил неприятную желудочную инфекцию. Он с огромным трудом смог выйти на матч против Норвегии и в итоге отыграл лишь первые 45 минут. Между тем Тухель строил команду именно вокруг колоссальной энергии Райса в центре поля. Без этого фактора вся система мгновенно разбалансировалась.
С другой стороны, Тухель сам принял решение взять Кобби Мейну и Джордана Хендерсона в качестве единственных резервных центральных полузащитников, решив отказаться от услуг Адама Уортона или Моргана Гиббс-Уайта. Именно он сформировал заявку, перенасыщенную быстрыми и физически мощными игроками на скамейке запасных, но когда в прошлую среду во втором тайме Англии кровь из носу потребовался хоть какой-то выход из-под давления, он оставил их всех в запасе. Тухель так и не сумел правильно распорядиться составом, который сам же для себя и собрал.
Повторимся: факт остается фактом — позиции Тухеля в безопасности. В январе его кандидатуру активно прощупывал «Манчестер Юнайтед» на фоне увольнения Рубена Аморима в предыдущем месяце. Однако в конечном итоге Томас был счастлив и предан сборной Англии. Он уже тогда находился в процессе согласования нового контракта, который подписал в феврале. Это соглашение рассчитано до Евро-2028 — турнира, который Англия проведет на домашней арене и где она снова будет в числе главных фаворитов.
Сразу после поражения от Аргентины посыл руководства был предельно ясен: и Тухель, и Футбольная ассоциация (FA) полностью доверяют друг другу. В его контракте содержались пункты, при которых обе стороны могли бы договориться о расставании после добросовестных переговоров. FA могла бы инициировать его уход (с выплатой компенсации Тухелю), либо же сам 52-летний специалист мог бы уйти ради топ-предложения со стороны (и тогда уже FA получила бы компенсацию) — но всё это вступало в силу только в случае вылета Англии на групповом этапе или на ранних стадиях плей-офф. Для 1/8 финала впоследствии даже было сделано исключение, как только стало понятно, что Англии на этой стадии предстоит сыграть против Мексики на стадионе «Ацтека».
Но поскольку Англия дошла до полуфинала — всего в четвертый раз в истории мужской сборной на чемпионатах мира и лишь в третий раз за пределами родной страны — ни один из этих пунктов автоматического расторжения не был активирован. На бумаге эта кампания выглядит вполне успешной; она должна стать своего рода плацдармом для более мощного выступления на домашнем Евро через два года.
И все же суровая реальность такова, что прямо сейчас этот результат воспринимается совершенно иначе.
Футбольная ассоциация обязательно проведет детальный анализ — этот процесс запускается по итогам абсолютно каждого крупного турнира. И когда исполнительный директор FA Марк Буллингем описывал эту процедуру в Канзас-Сити незадолго до матча с Хорватией, он признал, что успешность ни одной кампании нельзя сводить исключительно к стадии, на которой команда вылетела.
«Невозможно установить какой-то произвольный критерий в духе "Вот этот конкретный раунд на турнире — и есть успех". Всё устроено гораздо сложнее», — объяснял Буллингем.
В качестве примера он привел ЧМ-2022 в Катаре, где Англия вылетела уже в четвертьфинале, минимально уступив будущим финалистам и действующим чемпионам французам. Тот мундиаль, пожалуй, стал лучшим для Саутгейта с точки зрения качества футбола, хотя и обернулся самым ранним вылетом под его руководством. На этот же нюанс уже по ходу нынешнего турнира обращал внимание и сам Кейн.
Четыре года назад у болельщиков практически не было претензий к вылету Англии: команда выложилась на максимум против топ-соперника и уступила лишь из-за тончайших деталей, включая незабитый Кейном пенальти.
Однако на этот раз общественность захлестнула волна разочарования и фрустрации именно из-за того, как именно Англия безропотно отдала контроль над игрой Аргентине, даже ведя в счете 1:0. Люди еще долгие годы будут спорить о том, кто именно инициировал это отступление — сам Тухель или футболисты на поле, но главный тренер окончательно закрепил этот трусливый рисунок своими оборонительными и тактическими перестановками.
До этого момента Тухель пользовался поразительной популярностью у английских фанатов. Буквально во вторник и среду на улицах Атланты повсюду можно было услышать их распевы: «Football’s coming home again, with Thomas Tuchel» («Футбол снова возвращается домой вместе с Томасом Тухелем»). И тем не менее огромная часть этого кредита доверия мгновенно испарилась во втором тайме против действующих обладателей Кубка мира.
Нам еще только предстоит увидеть — сначала в эти выходные в матче за третье место, а затем в сентябре, когда Англия вернется к официальным матчам в Лиге наций (примет на «Уэмбли» сборную Испании, которая вполне может приехать туда уже в статусе новых чемпионов мира), — как именно трибуны отреагируют на главного тренера. Но тот запредельный уровень одобрения, которым Тухель наслаждался до сих пор, едва ли когда-нибудь вернется.