The Athletic анализирует скандальный план президента ФИФА Джанни Инфантино продать частным инвесторам долю в коммерческой структуре, которая будет управлять турнирами под её эгидой.
Когда Джанни Инфантино смотрит в зеркало, что он там видит?
Что он чувствует, возвращаясь в своё кресло в частном самолёте, предоставленном одним из спонсоров ФИФА? О чём он думает, поправляя салфетку на коленях в ресторане Cipriani и продолжая ужинать в компании легенд ФИФА?
Наверняка он чувствует себя превосходно, возвращаясь в VIP-ложу высшей категории на стадионе «Соу-Фай Стэдиум» в Лос-Анджелесе, строительство которого обошлось в 5,5 млрд долларов, чтобы продолжить общение с миллиардерами — не говоря уже о звёздах сцены и экрана.
Браво, Джанни. Неплохой путь для мальчишки, который никогда не вписывался в компанию. Для того самого мальчика, которого в школе дразнили за веснушки и рыжие волосы. Для ребёнка, плохо говорившего по-немецки, когда он переехал из Италии в Швейцарию. Для сына мигрантов.
Посмотрите на него теперь — Инфантино, который сделал себя сам. Он с лёгкостью перемещается между Кремлём и Овальным кабинетом. Почётный гость президентов. Участник похоронной церемонии эмира.
Даже на земле это воздух, которым дышат избранные, а уж на высоте 35 тысяч футов — тем более. Воздух разреженный, но насыщенный властью.
Трудно представить, чтобы всё это не вскружило голову. Трудно хотя бы на мгновение выйти за пределы «ФИФАлэнда» и осознать, что сторис из 15-ти слайдов в «Джанниграме» выставляет тебя человеком, который слегка утратил связь с реальностью.
Даже малейшая критика, должно быть, кажется «ненавистью» человеку, которого окружают одни лишь подобострастные поклонники.
Наверняка нынешний Инфантино испытывает особый восторг, находясь рядом с футболистами, за игрой которых юный Джанни когда-то наблюдал с трибун и по телевизору. Теперь они посвящают ФИФА целое лето, приезжая по её приглашению на Клубный чемпионат мира (КЧМ) и чемпионат мира среди сборных.
Когда перед прошлогодним финалом КЧМ он выступал перед журналистами в Trump Tower на Манхэттене, легенды ФИФА выстроились у него за спиной почти так же, как партнёры по сборной Аргентины выстраиваются вокруг Лионеля Месси, — только вместо суровых лиц на их лицах сияли улыбки. Они полностью на его стороне: все улыбаются, и всё оплачено.
Владельцы клубов НФЛ, такие как «дорогой друг» Инфантино Джерри Джонс и Роберт Крафт, с удовольствием принимали у себя этим летом некоторые из его «104 Супербоулов». Они восхищались атмосферой турнира, который, по прогнозам, должен принести 15 млрд долларов выручки.
Функционер, должно быть, чувствовал себя комиссионером мирового футбола — этаким футбольным аналогом Роджера Гуделла. Во всяком случае, именно так он себя преподносит. Правда, официально швейцарец получает лишь десятую часть от зарплаты комиссионера НФЛ, составляющей 63,9 млн долларов в год.
Его доход скорее сопоставим с зарплатой лонг-снэппера из «Даллас Ковбойс» Джерри Джонса или «Нью-Ингленд Пэтриотс» Роберта Крафта, чем с доходом руководителя самой популярной спортивной лиги Америки. И это при том, что Инфантино возглавляет спорт номер один в мире — по-настоящему глобальное явление.
В таком контексте невольно задаёшься вопросом: не покидал ли он Соединённые Штаты 10 дней назад с мыслью, что, возможно, дела у него идут не так уж хорошо?
Возможно, всё, что он видит, глядя в зеркало, — это человека в серийном костюме Boggi и белых кроссовках Adidas.
Последние два года Инфантино, кажется, каждый раз уезжает из США с противоречивыми чувствами: с одной стороны — преисполненный самодовольства, а с другой — будто убеждённый, что, если его самого нельзя назвать недооценённым, то турниры ФИФА всё ещё недостаточно масштабны и недостаточно монетизированы.
И это несмотря на его собственные заявления о том, что Клубный чемпионат мира 2025 года, прошедший в США, стал «огромным успехом», а только что завершившийся мундиаль в Северной Америке — «величайшим спортивным, общественным и культурным событием в истории человечества».
«Думаю, нам пора придумать новые слова», — сказал Инфантино.
Как насчёт Джанни-максинг?
Если дать этому слову максимально благожелательное определение, оно могло бы звучать так: президент некоммерческой организации, который доводит до предела способность своей структуры зарабатывать всё больше и больше денег, создавая новые турниры и расширяя уже существующие.
Благодарные национальные ассоциации затем используют свою долю этих всё возрастающих доходов для развития футбола и распространения мира и любви. А если полученных средств всё равно окажется недостаточно — не переживайте. Денег будет ещё больше.
На этой неделе ФИФА объявила о планах создать новую компанию, которая будет управлять главным международным турниром мирового футбола — чемпионатом мира (а также Клубным чемпионатом мира). Но самое интересное в другом. Она хочет продать крупную миноритарную долю в этой компании группе частных инвесторов во главе с фондом Thrive Eternal Джоша Кушнера.
Это предложение, которое ещё должно получить одобрение, позволит увеличить финансирование программ развития футбола для 211 национальных ассоциаций-членов ФИФА до более чем до 10 млрд долларов.
Представьте, какую инфраструктуру можно было бы построить на часть этих денег, скажем, на Монсеррате. Уже вообразили мини-версию «Соу-Фай Стэдиум» в Бутане?... Поля на острове Гуам, о которых стадион «Метлайф» мог бы только мечтать. Поля самого сочного зелёного цвета. Цвета денег.
Но зачем вообще всё это после самого прибыльного чемпионата мира в истории?
Неужели причина — в искажённой версии американской мечты, где головокружительная прибыль и интересы немногих начинают выдаваться за прогресс во благо большинства? Да и есть ли в этом хоть какая-то реальная необходимость, если у ФИФА уже лежат миллиарды в резервах, а ещё миллиарды размещены в облигациях, инвестициях и других финансовых активах? Зачем? Зачем? Зачем?
Может быть, легенды ФИФА выставили особенно неприличный счёт за гостиницы? Или топливо для самолёта Инфантино оказалось значительно дороже запланированного из-за ситуации в Ормузском проливе? В конце концов, если кто-то заказывает в Cipriani тальяту из вагю, она ведь сама себя не оплатит, правда?
Не поймите неправильно. Организация чемпионатов мира обходится очень дорого. И это ещё без учёта самой большой статьи расходов в футболе: зарплаты игрокам по-прежнему платят клубы, а вовсе не ФИФА.
С одной стороны, нельзя не восхищаться Инфантино. Когда кажется, что из лимона уже невозможно выжать ни капли, внезапно выясняется, что потенциальная продажа доли в компании, которой ещё вчера вообще не существовало, может принести ещё 4,2 млрд долларов.
Он действительно обеспечивает ФИФА беспрецедентные денежные поступления. Настолько большие, что, казалось бы, их должно хватить хотя бы на субсидирование стоимости билетов и оплату виз для болельщиков, отправляющихся на следующий чемпионат мира, который пройдёт в Испании, Португалии и Марокко, с символическими матчами в Аргентине, Уругвае (и Парагвае?!) — исключительно ради столетнего юбилея первого чемпионата мира, состоявшегося в Уругвае.
Помимо того, чтобы еще больше обогатить ассоциации-члены, к которым вы обращаетесь с просьбой о голосах в системе «одна страна — один голос», зачем вообще создавать этот (как его назвать?) лакомый кусок и позволять международной группе инвесторов приобрести в нём долю?
И даже если оставить в стороне самого Кушнера, который, конечно же, совершенно независим от администрации Дональда Трампа, несмотря на то, что его невесткой является Иванка Трамп, а его отец занимает пост посла США во Франции и Монако, — можете представить, какой была бы реакция, если бы нечто подобное произошло в 2019 году, когда Инфантино получил от Владимира Путина Орден Дружбы РФ?
Что бы мы говорили сегодня, если бы, к примеру, бывшего владельца «Челси» Романа Абрамовича назначили главой гипотетической группы инвесторов вымышленной компании FIFA Forward Enterprise?
Футбол полон поучительных историй (а если соблюдать баланс — и морально неоднозначных сказок со счастливым концом) о том, какие риски и какие выгоды несут финансовые проекты, тесно связанные с политикой или переплетённые с ней.
Крайний срок, до которого национальные ассоциации должны одобрить план продажи доли, назначен на 19 сентября. И совершенно случайно им напомнили, что проголосовать против пакета стоимостью 10 млрд долларов — значит проголосовать за сохранение нынешнего уровня финансирования в 2,7 миллиарда.
Континентальные конфедерации ФИФА, мягко говоря, не были в восторге от того, что узнали о проекте из эксклюзивной публикации британской The Times. Три из шести конфедераций — представляющие Азию, Северную и Центральную Америку с Карибским бассейном, а также Европу — выразили своё «разочарование» отсутствием каких-либо консультаций. Но лишь европейцы выступили против этой схемы открыто и без оговорок.
Особенно жёсткую позицию занял УЕФА. И это неудивительно, учитывая давнее напряжение в отношениях между Инфантино и его европейским визави Александер Чеферин.
В УЕФА заявили: «Это переход красной черты». Позже последовало ещё более резкое заявление:
«Сегодня мы узнали, что ФИФА установила национальным ассоциациям срок, до которого они должны поддержать её предложения, иначе единовременная выплата будет снята. Это говорит об этом плане всё, что нужно знать.
Проведя консультации со многими участниками футбольного сообщества, УЕФА понимает, что сопротивление инициативе ФИФА значительно и продолжает расти. ФИФА больше не может использовать наш спорт для обогащения себя и своих друзей. Мы способны развивать футбол правильно. Пришло время поставить на первое место национальные ассоциации, клубы, лиги, игроков и болельщиков».
Как глава крупнейшей континентальной конфедерации, Чеферин теперь попытается спасти футбол во второй раз.
В апреле 2021 года именно он помог остановить создание Европейской Суперлиги, заручившись поддержкой президента ПСЖ Нассера Аль-Хелаифи и пойдя на ряд уступок.
Главной из них стало создание совместного предприятия с Ассоциацией европейских клубов, которому передали управление, продажу и коммерческую реализацию всех прав на элитные мужские и женские клубные турниры УЕФА — включая телевизионные, спонсорские и лицензионные права.
Хотя основное внимание приковано к тому, что предложение Инфантино означает для чемпионата мира, одна из скрытых угроз для УЕФА заключается в другом. Получив дополнительный капитал, ФИФА может резко увеличить коммерческую ценность Клубного чемпионата мира.
Сейчас это может казаться смешным, но если ФИФА продолжит развивать турнир и начнёт проводить его раз в два года вместо четырёх, то со временем он вполне способен стать конкурентом Лиги чемпионов.
Перед матчем «Реала» против саудовского «Аль-Хиляля» на КЧМ в Майами прошлым летом президент клуба Флорентино Перес поблагодарил Инфантино, заявив в эфире вещателя турнира DAZN:
«Наконец-то нам удалось добиться того, за что мы боролись очень долго».
На фоне этой надвигающейся угрозы сможет ли Чеферин убедить хотя бы 55 из 211 членов ФИФА отклонить предложение Инфантино? Футбольная ассоциация Чехии уже нарушила общий строй и поддержала проект FFE. Впрочем, Инфантино, как правило, всегда находит способ добиться своего.
Сначала появился новый Клубный чемпионат мира, затмивший свою прежнюю, куда более скромную ежегодную версию. Затем чемпионат мира среди сборных расширился с 32 до 48 участников. А почва уже подготовлена и для следующего увеличения — до 64 команд. Где предел?
Возможно, Инфантино лишь следует общей тенденции. Той самой, при которой даже на фоне кризиса стоимости жизни, затронувшего сотни миллионов людей по всему миру, заголовки медиа занимают всё новые и новые многомиллиардные инвестиции — в искусственный интеллект, медиа, спорт и индустрию развлечений.
Сегодня «Манчестер Сити» платит 116 млн фунтов за Эллиота Андерсона. Завтра «Челси» покупает Моргана Роджерса за 117 миллионов — и это уже больше похоже на соревнование в тщеславии, чем на рациональный футбольный бизнес.
Футбол настолько одержим деньгами, что некоторые болельщики сегодня, кажется, следят за трансферным окном с большим интересом, чем за происходящим на поле. Кому вы поклоняетесь? Футбольным богам вроде Марадоны и Месси — или Маммоне, богу богатства?
В такой атмосфере, пожалуй, можно понять, почему Инфантино и ФИФА решили просто идти вперёд. Куй железо, пока горячо. В среду он защищал эту инициативу в пятиминутном видеоинтервью... самой ФИФА, назвав происходящее «демократическим процессом» и заявив, что «укрепление коммерческой составляющей футбола — это естественный следующий этап эволюции ФИФА».
Но какой ценой для самого футбола?
Как говорится в заявлении организации European Leagues, представляющей более тысячи клубов по всей Европе:
«Чемпионат мира не должен быть выставлен на продажу. Это не частный инвестиционный актив президента ФИФА. Его ценность создаётся каждый день лигами, клубами, игроками и болельщиками, которых в этом вопросе лишили и права голоса, и возможности влиять на решение».
И потому всё теперь зависит от тех, у кого этот голос и право голоса всё-таки есть, — от национальных футбольных ассоциаций. Моей ассоциации. Вашей ассоциации. Именно они позволяют Инфантино действовать так, как он действует. Именно они одобряют его решения — пока не доказано обратное.
Есть и исключения, например президент Футбольной ассоциации Норвегии Лизе Клавенесс. Но многие другие пока либо не обладают её смелостью, либо, что ещё проще, по-прежнему доверяют Инфантино. Именно он принимает на себя весь общественный шквал критики за решения, которые они утверждают за закрытыми дверями. И пока это продолжается, швейцарец будет оставаться непоколебимым.
На чемпионате мира в Катаре четыре года назад перед стартовым свистком ФИФА включала трек The Business («Бизнес») от Тиесто. А на турнире в США, Канаде и Мексике этим летом её сменила мрачная, почти суперзлодейская версия Titanium («Титановый») от Дэвида Гетты.
Наверное, в этом есть какой-то скрытый смысл. Может, это личный плейлист Инфантино? Легко представить, как он смотрит в зеркало и, словно повторяя аффирмацию, поёт самому себе строчки Сии:
«Пусть критики целятся. Их удары отскакивают. Стреляйте. Стреляйте. Я пуленепробиваемый. Мне нечего терять»
А тот костюм Boggi? Может быть, он титановый.