Автор ESPN Райан О’Хэнлон задает самый важный вопрос каждой команде, вышедшей в 1/8 финала чемпионата мира 2026 года. В первой части — Канада, Марокко, Парагвай, Франция, Бразилия, Норвегия, Мексика и Англия.
После первых матчей 1/16 финала в истории чемпионатов мира, думаю, у всех нас был один и тот же вопрос: «Что?!»
Как мы все, конечно же, «предсказывали», первыми в 1/8 финала вышли Бразилия… Канада, Парагвай и Марокко. Германия впервые в истории проиграла серию пенальти на чемпионате мира. Нидерланды тоже уступили в серии — и ладно, для них это почти традиция.
И все же: родоначальники «тотального футбола» завершили матч, владея мячом лишь 32% времени — это худший показатель команды за всю историю ее выступлений на чемпионатах мира. И еще один любопытный факт: Канада сейчас остается единственной сборной в истории мундиалей, имеющей стопроцентный показатель побед в матчах плей-офф.
Футбол и без того достаточно непредсказуем. В среднем по 20 с лишним ударов за игру и два‑три забитых мяча — этого хватает для сюрпризов. А дополнительный раунд на выбывание, появившийся на этом ЧМ, лишь добавил турниру остроты и нестабильности.
Хаос, скорее всего, продолжится, но даже если нет — первый раунд еще не закончился, чтобы делать уверенные выводы о тех, кто остался в борьбе. Поэтому давайте копнем глубже, чем коллективное «что?!», которое, кажется, можно было услышать даже из космоса после того, как марокканский форвард Исмаэль Сайбари реализовал решающий пенальти.
Для каждой команды, пробившейся в 1/8 финала, мы выделим главный вопрос, ответ на который может определить ее дальнейшую судьбу на турнире.
Канада
С точки зрения тактики мы прекрасно понимаем, что собирается делать Канада: команда будет играть так, будто ее спонсирует международный концерн энергетических напитков.
Большинство команд придерживаются одного из двух подходов: либо высоко прессингуют и контролируют игру за счет владения мячом, либо отходят назад и делают ставку на быстрые контратаки. Но нынешняя сборная Канады — как и все команды системы Red Bull, которыми ранее руководил Джесси Марш, — живет по другим законам. Она не просто высоко прессингует, а после возврата мяча мгновенно устремляется вперед с максимальной агрессией.
По показателю PPDA (количество передач, которое соперник успевает сделать до активного оборонительного действия) Канада входит в десятку самых агрессивно прессингующих команд турнира. При этом она продвигает мяч к чужим воротам со скоростью 1,85 метра в секунду — это лучший показатель на чемпионате мира с огромным отрывом. Ни одна другая сборная не входит одновременно в топ-10 по обоим параметрам.
И потому потолок Канады упирается в довольно простой фактор: сколько сможет сыграть лучший футболист в истории страны?
Алфонсо Дейвис снова повредил заднюю поверхность бедра в начале мая, выступая за «Баварию», и этим летом провел всего 22 минуты. Это единственный канадский игрок, который способен в одиночку перевернуть ход матча.
Марокко
Главный вопрос: смогут ли они продолжать в том же духе?
Сразу оговорюсь: да, для «главного вопроса» это звучит слишком расплывчато. И да, подобное можно сказать практически о любой команде. Обещаю, дальше вопросы будут конкретнее.
Но в случае с Марокко мне действительно сложно найти слабое место, потому что во всех четырех матчах турнира команда выглядела великолепно. Если марокканцы продолжат играть так же, как до сих пор, то, похоже, Зохран Мамдани вновь окажется прав: эта сборная действительно способна выиграть чемпионат мира.
И сложно придумать более жесткий тест на прочность, чем тот, который они уже прошли. Команда не просто добилась результата в матчах с Нидерландами и Бразилией — она по-настоящему переиграла обоих соперников. По сумме этих двух встреч марокканцы нанесли 25 ударов против 18 у оппонентов и контролировали около двух третей владения мячом в финальной трети поля.
Выберите любой игровой аспект — они уже показали, что умеют все. Сборная Марокко уверенно начинает атаки от своих ворот, способна вскрывать насыщенную оборону при позиционном владении, стремительно убегает в контратаки и при этом за 120 минут против Нидерландов позволила сопернику нанести всего шесть ударов и создать моменты лишь на 0,24 ожидаемого гола (xG).
Единственное, что оставляет у меня тень сомнения: неужели эти футболисты действительно настолько хороши?
В составе Марокко хватает игроков высокого уровня, но единственной настоящей звездой мирового масштаба остается Ашраф Хакими — причем он защитник. Никого другого нельзя назвать стабильным лидером одного из ведущих европейских клубов. И все же Билал Эль-Ханнус, Нуссаир Мазрауи, Исмаэль Сайбари и Аззедин Унаи входят в число лучших игроков турнира, хотя до его начала мало кто ожидал от них подобного.
Впрочем, футбол на уровне сборных — совсем другая игра по сравнению с тем, что мы каждую неделю видим в чемпионатах Англии или Испании. Он проще, появляются другие зоны, и определенные навыки становятся более ценными.
А бывает и так, что подбор игроков и работа тренерского штаба складываются в идеальную синергию. Сильные стороны каждого не дублируются, а усиливают друг друга, и тогда команда начинает показывать футбол, который значительно превосходит простую сумму индивидуальных качеств ее исполнителей.
Парагвай
Главный вопрос: смогут ли они снова забить первыми?
С Парагваем все предельно ясно. Это отличная оборонительная команда. Они не собираются делать ничего, кроме как садиться в низкий блок, играть на контратаках и искать один‑два момента после стандартов. Если им позволяют играть в такой футбол — спросите у Турции и Германии, что это значит.
Парагвай уже совершил 718 низких оборонительных действий — по сути, вмешательств в игре на своей половине поля. Ни одна другая команда в первых четырех матчах 1/16 финала не набрала больше 478. И это вовсе не случайность, а осознанная часть игрового плана.
Конечно, просто сидеть в обороне и ждать шанса на контратаку не получится, если ты уже проигрываешь. Это наглядно показал матч с США, когда парагвайцы потерпели разгромное поражение после автогола на седьмой минуте стартовой игры турнира.
Низкий оборонительный блок Парагвая способен доставить проблемы любому сопернику. Но трудно представить, что они пройдут дальше, если хоть раз окажутся в роли догоняющих.
Франция
Главный вопрос: что произойдет, если им не дадут владеть мячом?
История Франции кажется довольно простой. У них три из шести лучших нападающих мира, и они просто сметают всех с поля. И да, это абсолютно так. По состоянию на утро среды Килиан Мбаппе в одиночку забил больше голов, чем половина сборных, участвующих в турнире. Всего французы отличились 13 раз, ни в одном матче не забивая меньше трех мячей, а в среднем наносят 18 ударов за игру.
Но Франция — не типичная суператакующая команда.
Обычно лучшие команды мира столь опасны впереди еще и потому, что великолепно обороняются без мяча. Они раз за разом возвращают владение высоким прессингом и обрушивают на соперника лавину моментов. Логично, что существует четкая связь между агрессивностью прессинга (PPDA) и контролем владения в финальной трети (field tilt).
Но Франция — исключение.
По показателю «field tilt» французы входят в десятку лучших команд турнира, но при этом находятся чуть ниже среднего уровня по агрессивности прессинга. Как так получается?
Отчасти дело в календаре. Пока французам противостояли команды, которые сами не стремились доминировать во владении мячом. Но есть и другая причина. Вы ведь видели, как играют Майкл Олисе, Килиан Мбаппе и Усман Дембеле? Кто в здравом уме станет сознательно оставлять таким футболистам свободные зоны для разгона?
Рано или поздно найдется соперник, который попытается перекрыть линии передач к этой грозной тройке и лишить ее мяча. К сожалению для Парагвая, это будут не они.
Бразилия
Главный вопрос: эй, ребята, а какой у нас вообще план?
Хотя Бразилии понадобилось дождаться компенсированного времени, чтобы выйти вперед в матче с Японией, во втором тайме они полностью доминировали. Команда нанесла 11 ударов против одного у соперника, владела мячом около 80% времени в финальной трети поля и в итоге абсолютно заслуженно одержала победу.
Чем больше круг на схеме, тем выше показатель ожидаемой результативности (xG) удара.
Проблема в том, что… ну, был ведь еще и первый тайм. За первые 45 минут команды создали примерно равное количество опасных моментов, а на перерыв Япония ушла, ведя 1:0.
Так что же изменилось после перерыва? Может быть, бразильцы наконец сбросили тактические оковы, навязанные современной европейской клубной школой, и начали играть в свой фирменный импровизационный футбол?
Нет, конечно.
На самом деле команда Карло Анчелотти просто снова и снова загружала мяч в штрафную, пока этот метод наконец не принес результат. В матче с Японией бразильцы выполнили 40 навесов — это третий показатель в истории сборной Бразилии на чемпионатах мира с 1960 года. Причем 70% всех подач пришлись именно на второй тайм.
В обоих матчах против организованных, хорошо обученных соперников — Японии и Марокко в стартовой игре — Бразилия провалила первый тайм, а затем Анчелотти сделал замены, и индивидуальный класс игроков вытащил результат. У Японии в понедельник не было трех лучших футболистов, и во второй половине они просто выдохлись.
Но что будет, когда Бразилия столкнется с организованной командой, у которой тоже есть суперзвезды в атаке? Узнаем уже в следующем раунде.
Норвегия
Главный вопрос: выдержит ли оборона?
Несложно представить, как выглядела бы сборная Норвегии под руководством большинства тренеров. Если максимально упростить картину, то в составе есть один практически неудержимый центрфорвард, который особенно опасен на свободном пространстве, один умный атакующий полузащитник, идеально умеющий доставлять ему передачи в эти зоны, и группа крепких исполнителей — игроков обоймы из разных клубов Европы.
Садимся глубже, обороняемся, играем на контратаках, верно? Не совсем.
После четырех матчей турнира Норвегия продвигает мяч вперед со скоростью 1,05 метра в секунду — лишь 39-й показатель среди всех участников чемпионата.
Вместо крайностей команда выбрала своеобразный компромиссный вариант. Она не использует высокий прессинг, но и не прижимается к собственным воротам. Не стремится любой ценой завладеть мячом, однако старается надежно контролировать его после возвращения.
Это хорошо видно на карте контроля поля от Futi: зоны, где они владеют мячом больше соперника, отмечены зеленым цветом.
Так почему бы не сесть чуть глубже и не дать больше пространства для рывков Эрлингу Холанну?
Дело в том, что эта команда просто не умеет защищаться.
Несмотря на то что в среднем Норвегия владеет мячом 50% игрового времени, соперники нанесли по ее воротам 59 ударов, тогда как сами норвежцы пробили лишь 44 раза. Даже если исключить матч с Францией, где французы играли резервным составом, разница по ударам все равно остается отрицательной — минус 10.
За четыре встречи Норвегия уже пропустила восемь мячей, а показатель 1,4 ожидаемого пропущенного гола за матч (xGA) соответствует лишь 30-му месту среди всех участников турнира. Бразилия уже не раз испытывала трудности против хорошо организованных соперников. Но сумеет ли Норвегия оказать ей такое же сопротивление в 1/8 финала?
Мексика
Главный вопрос: насколько велико преимущество домашнего поля на «Ацтеке»?
Вот список команд, которые на ЧМ-2026 выиграли все свои матчи и при этом не пропустили ни одного мяча: Мексика... и больше никто.
Да, у них не было таких ярких выступлений, как у сборной США, и не было исторических моментов, как у Канады, но «Эль Три» продолжают играть профессионально, продолжают побеждать и продолжают не позволять соперникам забивать.
Причем побеждают они по-разному: то доминируют во владении, то садятся в оборону и играют на контратаках — как, например, во вторник против Эквадора. Однако матч 1/8 финала станет для мексиканцев последним, который они проведут на родной земле. А еще важнее — последним на легендарном стадионе «Ацтека».
Самое емкое описание преимущества домашнего поля в футболе, которое я слышал, принадлежит бывшему главе аналитического отдела «Ливерпуля» Иану Грэму. По его словам, играть дома — это примерно то же самое, что добавить в состав еще одного Лионеля Месси. И это — средний эффект домашнего поля.
Вот что написал Майкл Кейли об особенном преимуществе Мексики...
У Мексики — самое значительное домашнее преимущество на этом чемпионате мира, даже несмотря на то, что решающие раунды плей‑офф пройдут в США. В двух домашних матчах на «Ацтеке» в Мехико Мексика получит примерно двойной эффект обычного (и без того существенного) преимущества благодаря высоте — более 7000 футов над уровнем моря. Исследования фактора домашнего поля в клубном футболе показывают, что высота оказывает стабильное и очень сильное влияние.Майкл Кейлифутбольный аналитик
Да, у Аргентины есть свой Месси, но еще в одном матче у Мексики будет сразу два.
Англия
Главный вопрос: что будет, если им все-таки придется действительно защищаться?
У сборной Англии есть вполне очевидные проблемы в атаке. Они плохо вскрывают низкие блоки. Их вингеры не создают угрозы. В центре поля нет креатива. И почти всегда все сводится к тому, что Гарри Кейн или Джуд Беллингем должны придумать что-то выдающееся.
Но вот в чем дело. Кейн и Беллингем — два футболиста мирового уровня. А когда в составе есть сразу две такие звезды, очень велика вероятность, что «что‑то выдающееся» может случиться в каждом матче.
За четыре матча Англия забила восемь мячей, создав моменты на 8,3 ожидаемого гола (xG). Если бы перед стартом турнира мне сказали, что эта команда будет стабильно создавать моменты почти на два гола в каждом матче, я бы уволился с работы, поставил все свои деньги на победу Англии на чемпионате мира и уехал жить туда, где нет интернета.
Но, возможно, более серьезная проблема Англии — это защита.
Во всех четырех матчах они уверенно контролировали ход игры: 71% владения мячом в финальной трети поля — третий показатель среди всех команд, оставшихся на турнире. Но я совсем не уверен, что они выглядят надежно, когда соперник все‑таки добирается до их штрафной.
Первые полчаса матча с ДР Конго были шокирующими — потому что соперник реально боролся за мяч и создал несколько качественных моментов. Гана и Хорватия редко атаковали, но каждый раз, когда они это делали, выглядели по‑настоящему опасно.
Если оценивать чистый уровень таланта, особенно с учетом травмы Риса Джеймса, защитники и вратари — это слабейшие звенья стартового состава Англии. Джед Спенс, Марк Гехи, Эзри Конса, Нико О’Райли и Джордан Пикфорд просто не находятся на одном уровне с Кейном, Беллингемом и Декланом Райсом. Логично, что Англия выглядит уязвимо, когда этим игрокам приходится чаще вступать в игру.
И потому, двигаясь дальше, Англия сталкивается с парадоксом — начиная с «Ацтеки»: более сильные соперники дадут их атаке больше пространства для рывков, но одновременно заставят английскую оборону реально защищаться.