ESPN разбирается, насколько серьёзным стал шпионаж в футболе, а также действительно ли он так сильно влияет на анализ соперника.
Когда она впервые её нашла, сборная США была в восторге от своей тренировочной базы к чемпионату мира. Ну, почти от всего... кроме гигантского воздушного шара.
«Этот шар — интересная штука, — заметил в прошлом месяце один из представителей федерации, — но нам действительно нужно убедиться, что он не будет летать в то время, когда мы проводим тренировки».
Он не шутил. Команда базируется в Грейт-Парке в Ирвайне, штат Калифорния, а воздушный шар Great Park Balloon, напоминающий огромный (и, вероятно, очень аппетитный) мандарин, поднимает посетителей на высоту до 120 метров над землёй. Благодаря открывающемуся на многие километры вокруг обзору вид из его гондолы просто потрясающий.
И именно в этом и заключается проблема.
Хотя шпионаж в футболе лишь время от времени попадает в поле зрения обычных болельщиков — например, когда сильную сборную ловят на использовании дрона для слежки за соперниками во время Олимпиады, как это произошло с Канадой во Франции два года назад, — опасение, что кто-то из лагеря соперника может наблюдать за тренировками, стало более чем постоянной заботой для многих представителей топ-уровня этого вида спорта.
Многочисленные беседы с игроками, наставниками и сотрудниками тренерских штабов накануне чемпионата мира этим летом подтвердили, что это действительно так.
Проще говоря: футбол полон людей, которые либо (А) шпионят за кем-то, либо (Б) активно беспокоятся, что кто-то шпионит за ними, либо (В) и то, и другое одновременно.
Эта тема уже всплывала во время нынешнего турнира: 16 июня мексиканские власти «обезвредили» неопознанный дрон, летавший над тренировкой сборной Южной Кореи, а несколько дней спустя тренер сборной США Маурисио Почеттино пошутил о поиске нежелательных наблюдателей, когда его заметили снимающим видео с возвышенности перед тренировкой.
«Мы живём в эпоху шпионов», — сказал он с улыбкой.
Список громких случаев в прошлом длинный и разнообразный. Ещё месяц назад английский футбол бурлил обсуждением того, что «Саутгемптон» признали виновным в шпионаже за тренировками нескольких соперников. Перед матчем чемпионата мира 2018 года шведского скаута поймали на использовании телескопа для наблюдения за тренировками сборной Южной Кореи.
А когда футбольный турнир Олимпиады 2024 года в Париже был омрачён историей с канадским дроном, появившимся над тренировкой сборной Новой Зеландии без приглашения, сначала последовала волна возмущения и удивлённых реакций в духе: «Вы можете в это поверить?!», а затем очень быстро все лишь пожали плечами.
«Послушайте, этим занимается каждая команда, — сказал полузащитник сборной США Тайлер Адамс в подкасте The Cooligans. — Я точно знаю, что каждая команда делает это в той или иной форме».
Каждая команда? Возможно, это преувеличение, но мысль Адамса вполне понятна. С учётом того, что на чемпионате мира этим летом выступают 48 сборных, трудно представить, что шпионаж не находится, кхм, в поле зрения каждой из них.
И, учитывая эту реальность, нетрудно понять, почему сборной США не слишком нравится, что прямо рядом с её тренировками находится огромный открытый для публики воздушный шар, с которого можно наблюдать за происходящим.
«Шпионаж — это реальность, — сказал один тренер, работавший на самом высоком уровне как в клубном, так и в международном футболе. — Марсело, возможно, один из немногих, кто открыто говорит об этом, но почти у каждого, кого я знаю, есть свои собственные истории».
«Марсело» в данном случае — это Марсело Бьелса, легендарный аргентинский тренер, который в 2019 году открыто признался, что его тогдашняя команда, «Лидс», вела слежку за каждым соперником, с которым встречалась в том сезоне.
Тот даже провёл пресс-конференцию, на которой объяснил свои мотивы — среди прочих любопытных откровений он сделал довольно неожиданное и даже немного уязвимое для него признание: отказ от шпионажа мог заставить его почувствовать, что он делает недостаточно для победы.
«Мы чувствуем вину, если работаем недостаточно усердно, — сказал он, добавив, что шпионаж "позволяет испытывать меньше тревоги, а в моём случае я достаточно глуп, чтобы позволять себе подобное поведение" (После признания Бьелсы "Лидс" был оштрафован примерно на 200 тысяч фунтов).
Дроны, разумеется, — это современный инструмент шпионажа, однако различные технологии используются в разведывательных целях уже много лет. Когда сборная США проводит выездные игры отборочного турнира чемпионата мира в зоне КОНКАКАФ, частью её предматчевой подготовки является проверка стадиона на наличие камер или других устройств записи.
Один бывший сотрудник тренерского штаба вспомнил множество случаев, когда удавалось обнаружить скрытые камеры — зачастую в самых неожиданных местах.
"На "Ацтеке» [в Мехико] мы находили камеры GoPro на кольцевой конструкции в верхней части стадиона, — рассказал сотрудник. — Мы находили их под скамейкой массажиста. Однажды мы нашли одну возле запасных ворот«, установленных у края поля.
"Наш подход всегда был прост: мы просто оставляли их себе, — добавил он. — Мы воспринимали это как подарок. Ведь другая команда вряд ли позвонит вам, признается в том, что она делала, и попросит вернуть камеры, верно?".
Легко понять, почему кто-то может захотеть шпионить перед матчем с высокими ставками — например, игрой чемпионата мира или финалом плей-офф английского Чемпионшипа, победа в котором может принести выгодное повышение в АПЛ. Но у некоторых тренеров и футбольных программ практика шпионажа настолько укоренилась, что к ней прибегают даже перед совершенно ничего не значащими встречами.
Несколько источников в Федерации футбола США со смехом вспоминали случай в тренировочном лагере во Флориде в 2021 году, когда сотрудника мужской сборной Канады поймали за попыткой наблюдать за тренировкой американцев за день до того, как команды должны были сыграть в обычном неофициальном товарищеском матче.
"Все тогда были в недоумении: "Подождите — что?» — вспоминает один из сотрудников федерации. — Это же была просто тренировочная игра. Мы бы сказали им наш состав, рассказали, как собираемся играть — буквально сообщили бы всё, что они хотели узнать, если бы им это действительно было нужно«.
Многие тренеры и игроки связывают шпионаж с культурными особенностями. Например, существует стереотип, что команды и тренеры из Южной и Центральной Америки воспринимают шпионаж как нечто само собой разумеющееся, тогда как их коллеги из Северной Америки и Европы меньше склонны считать, что за ними постоянно следят (Мнения о том, насколько точны такие ярлыки, расходятся).
Однако все сходятся в одном: паранойя не знает границ. Наставники всех национальностей и всех уровней часто имеют конкретные процедуры, направленные на то, чтобы скрыть свои тренировки от любопытных глаз.
Осмотр стадиона во время традиционной тренировки за день до поединка — обычная практика повсюду, а требования обеспечить полную приватность иногда приводят к неловким ситуациям, если электрики или работники по обслуживанию локации в это же время пытаются выполнить важную работу.
"Многие ребята говорили мне: "Эм, мой начальник сказал, что я должен протянуть эти кабели», когда я просил их уйти, — рассказал бывший сотрудник одной из национальных сборных. — Иногда становилось довольно неловко«.
Он также добавил, что одной из его обязанностей было подойти ко всем стационарным камерам на стадионе — тем, которые используются телетрансляторами и поэтому не включаются за день до игры, — и всё равно развернуть их так, чтобы объективы были направлены вверх, на трибуны, а не вниз, на поле.
"Просто не хотел рисковать тем, что каким-то образом они всё-таки могут записывать тренировку", — объяснил сотрудник.
Если это кажется чрезмерной осторожностью, стоит вспомнить ещё одну любимую историю, которую часто рассказывают сотрудники Федерации футбола США и которая снова связана с Канадой. В 2017 году, незадолго до товарищеского матча между женскими сборными двух стран в Сан-Хосе, канадские представители обвинили американцев в попытке записать их тренировку с помощью камер на крыше стадиона.
"Смотрите, — снова и снова говорили они, — мы же ясно видим их прямо там, на крыше".
Объекты, на которые указывали канадцы? Пара пластиковых птиц, установленных на крыше для того, чтобы отпугивать голубей.
Конечно, в некоторых случаях невозможно сделать ничего, чтобы развеять опасения тренера. Перед отборочным матчем чемпионата мира между США и Кубой в Гаване в 2008 году американцы быстро поняли, что несколько местных игроков наблюдают за их предматчевой тренировкой... потому что эти футболисты жили в квартирах рядом со стадионом.
Годы спустя, перед поединком одного из турниров в США американский тренер в раздражении подозвал нескольких сотрудников штаба и указал на человека, сидевшего на террасе высотного здания рядом с университетским полем, где тренировалась команда.
"Мы не знали, что делать, — вспоминает один из сотрудников штаба того времени. — Это было что-то вроде студенческого общежития, а там просто сидел какой-то парень на своём балконе и курил".
ФИФА пообещала, что зоны безопасности вокруг каждой тренировочной базы мундиаля этим летом будут надёжно защищены, а в США действуют известные своей строгостью правила эксплуатации дронов, из-за которых даже командам, которые хотят использовать такие устройства для съёмки собственных тренировок, сделать это бывает непросто.
Учитывая всё это, главный вопрос о шпионаже становится ещё более актуальным: а имеет ли он вообще какое-то значение?
В конце концов, в виде спорта, который любят за его свободное, непрерывное течение и красоту, сколько действительно полезной информации можно получить, подглядывая за одной-единственной тренировкой?
Ведь большинство тактических предпочтений команды уже можно понять, посмотрев её предыдущие матчи. То же касается ориентировочного состава, манеры начинать атаки от своих ворот или того, как команда действует под высоким прессингом соперника.
Да, можно, например, увидеть заготовку какого-нибудь необычного розыгрыша стандартного положения или понять, в какой угол определённый игрок предпочитает бить пенальти. Но что кроме этого?
"Вот именно, — сказал тренер, работавший на высшем уровне. — Я даже не уверен, что большая часть того, что можно увидеть, вообще стоит всех этих усилий".