The Athletic рассказывает, как многолетняя борьба ФИФА и УЕФА превратила холодную войну Инфантино и Чеферина в открытое противостояние за будущее мирового футбола.
Чтобы понять, как ФИФА — руководящий орган мирового футбола — и его европейский аналог УЕФА пытаются превзойти друг друга, начнем с одной истории о призовых на прошлогоднем клубном чемпионате мира ФИФА.
Президент ФИФА Джанни Инфантино называл расширенный до 32 команд турнир, который прошел в США и был одним из его любимых проектов, соревнованием за «самый желанный» трофей в клубном футболе.
По словам нескольких источников, знакомых с планами ФИФА по проведению турнира и пожелавших сохранить анонимность, чтобы не навредить своим отношениям с организацией, Инфантино был полон решимости произвести впечатление. А в мире ФИФА мало что способно произвести такой эффект, как внушительные суммы в долларах.
Инфантино хотел, чтобы победитель клубного чемпионата мира заработал даже больше, чем триумфатор Лиги чемпионов УЕФА. Это позволило бы продемонстрировать, что новый турнир действительно масштабнее главного клубного соревнования УЕФА, а заодно объявить сумму призовых, которая мгновенно привлекла бы внимание всего мира.
В итоге добиться этого не удалось. «Челси», выигравший клубный чемпионат мира 2025 года, согласно опубликованным ФИФА данным, заработал до $125 млн (£93,5 млн). Это меньше $154 млн, которые, по информации УЕФА, получил «Реал» за победу в Лиге чемпионов в 2024 году.
Но уже само существование такого замысла показывает, насколько глубоко две самые влиятельные организации мирового футбола втянуты в бесконечную борьбу за экономический и политический контроль над глобальной игрой. В основном эта война оставалась холодной, а временами отношения становились и вовсе ледяными.
Однако в последнее время противостояние все чаще выходит на публику. Один из ярких эпизодов произошел весной 2025 года в Парагвае, когда восемь европейских членов Совета ФИФА во главе с президентом УЕФА Александером Чеферином покинули Конгресс ФИФА прямо во время заседания.
Причиной стало то, что Инфантино, судя по всему, отдал предпочтение встречам с мировыми лидерами — в том числе с президентом США Дональдом Трампом — в Катаре и Саудовской Аравии. В результате он прибыл в Асунсьон настолько поздно, что начало Конгресса ФИФА пришлось отложить на три часа.
Позднее УЕФА выступил с заявлением, в котором отчитал Инфантино за срыв расписания ради «удовлетворения личных политических интересов». Однако уже через неделю организация смягчила позицию, решив перейти к более примирительному тону.
Представитель УЕФА тогда заявил The Athletic: «Мы ценим прочные и уважительные отношения с ФИФА, основанные на взаимном доверии и общей любви к футболу. Недавний эпизод был единичным и не отражает характер нашего постоянного сотрудничества». Генеральный секретарь ФИФА Маттиас Графстрём, в свою очередь, заявил в Парагвае, что у ФИФА «прекрасные» отношения с УЕФА.
Однако многочисленные беседы с представителями футбольной индустрии показали: эти «прочные, уважительные и прекрасные отношения» уже давно способны пошатнуться от малейшего толчка. И это было очевидно еще до землетрясения этой недели, когда выяснилось, что ФИФА планировала продать долю в своем коммерческом бизнесе, куда входят в том числе такие турниры, как чемпионат мира.
Один из высокопоставленных руководителей европейского футбола считает, что конгресс в Парагвае мог стать «поворотной точкой» для всего спорта.
С тех пор противостояние только усилилось.
Если президенты других конфедераций зачастую готовы потакать Инфантино, то Чеферин полностью проигнорировал клубный чемпионат мира. Источники, близкие к президенту УЕФА, утверждали, что его приоритетом был женский чемпионат Европы, который в то же время проходил в Швейцарии. Однако к моменту завершения турнира ФИФА в середине июля Чеферин посетил лишь один из первых 22 матчей Евро.
Ранее Чеферин пропустил финал женского чемпионата мира 2023 года, в котором встретились две европейские сборные — Испания и Англия. Он также не присутствовал на жеребьевке группового этапа мужского чемпионата мира в декабре прошлого года и на финале турнира в прошлом месяце. Кроме того, Чеферин оказался среди вице-президентов ФИФА и членов Совета ФИФА, которые были ошеломлены, когда Инфантино единолично решил вручить Трампу Премию мира ФИФА.
Дошло до того, что политика УЕФА порой выглядит так, будто организация просто смотрит, что делает ФИФА, — и поступает ровно наоборот.
Если ФИФА говорит «черное», УЕФА отвечает «белое».
ФИФА использовала динамическое ценообразование на билеты во время недавнего чемпионата мира — УЕФА пообещал заморозить стоимость большинства билетов на мужской Евро-2028. Когда администрация Трампа запретила сомалийскому арбитру ФИФА Омару Артану въезд в США для работы на чемпионате мира, а Инфантино призвал всех «успокоиться и расслабиться», УЕФА объявил, что именно Артан рассудит победителя Лиги чемпионов «Пари Сен-Жермен» и триумфатора Лиги Европы «Астон Виллу» в матче за Суперкубок УЕФА в августе.
Когда Инфантино ответил на телефонный звонок Трампа, а затем его организация разрешила нападающему сборной США Фоларину Балогану сыграть в матче 1/8 финала чемпионата мира против Бельгии, несмотря на удаление в предыдущей встрече, УЕФА отреагировал крайне резко, заявив о своем «недоумении в связи с таким беспрецедентным, непонятным и неоправданным решением». Вслед за этим с заявлениями выступили футбольные ассоциации Бельгии, Швейцарии, Италии и Германии.
Однако на этот раз УЕФА заручился более широкой поддержкой. Попытка Инфантино продать долю компании Thrive, принадлежащей Джошуа Кушнеру — брату Джареда Кушнера, зятя президента Трампа, — оказалась той самой чертой, за которую заходить было уже нельзя.
Угроза УЕФА бойкотировать турниры ФИФА, включая чемпионат мира, пока не получила поддержки в других частях света. Однако против этого плана выступила КОНКАКАФ — конфедерация футбола Северной и Центральной Америки и стран Карибского бассейна, — а Азиатская футбольная конфедерация выразила разочарование.
Но Европа выделяется на общем фоне масштабом своего возмущения и готовностью действовать. Вице-президент УЕФА Лора Макаллистер, в прошлом выступавшая за сборную Уэльса, в четверг вечером заявила в эфире BBC Radio 5 Live следующее...
В последние месяцы УЕФА очень жестко высказывалась по целому ряду вопросов: о стоимости билетов, динамическом ценообразовании на чемпионате мира, отношении к болельщикам, отмене красной карточки. Многие из нас в своих федерациях также крайне негативно отнеслись к так называемой Премии мира. ФИФА предприняла целую серию шагов, которые вызывают дискомфорт у многих из нас в Европе. Можно сказать, что все это постепенно накапливалось. И вот мы оказались в ситуации, когда на этой неделе федерациям в самый последний момент представили предложение, которое ни с одной из них, в том числе с УЕФА, предварительно не обсуждалось. Стало ли это последней каплей? В определенной степени — да. Но не будем себя обманывать. Это могло стать самым катастрофическим вмешательством в футбол за всю историю существования его организационной структуры. Потому что в ту минуту, когда вы продаете часть футбола частному инвестиционному фонду, правила игры меняются. В буквальном смысле.Лора Макаллистервице-президент УЕФА
ФИФА отказалась комментировать детали, изложенные в этой статье, когда The Athletic связался с организацией в мае 2025 года.
В заявлении, опубликованном в четверг вечером после бойкота со стороны УЕФА, ФИФА сообщила...
Мы уважаем публично высказанные замечания и опасения и вновь подтверждаем свою приверженность открытому и демократическому обсуждению. Каждый имеет право выразить свое несогласие и запросить дополнительные разъяснения, однако ни одна отдельно взятая организация не может утверждать, что представляет интересы всех 211 национальных ассоциаций по всему миру. Каждая национальная ассоциация должна иметь возможность изучить предложение и принять участие в определении собственного будущего. Таковы демократические принципы ФИФА.ФИФАзаявление
В УЕФА одни искренне выступают против экспансии ФИФА, тогда как позиция других продиктована скорее прагматичными соображениями. По всей Европе крепнет ощущение, что ФИФА пытается посягнуть как на доминирующее положение УЕФА, так и на его доходы.
Долгое время ФИФА занималась прежде всего организацией чемпионатов мира и, по крайней мере формально, считалась самой влиятельной структурой в футболе. Однако в крупнейших клубных турнирах ее присутствие практически не ощущалось.
В финансовом отношении Европа доминирует в мировом футболе. До чемпионата мира 2026 года доходы УЕФА, как правило, более чем вдвое превышали доходы ФИФА — главным образом благодаря чрезвычайно успешной ежегодной Лиге чемпионов и чемпионату Европы среди сборных, который проводится раз в четыре года.
На четырехлетний цикл с 2023 по 2026 год, завершающийся сверхприбыльным чемпионатом мира в США, Канаде и Мексике, ФИФА изначально прогнозировала выручку в размере $13 млрд, а позднее повысила прогноз до $15 млрд. Для сравнения: только за сезон-2023/24 годовой доход УЕФА составил €6,8 млрд.
Пять из шести последних мужских чемпионатов мира выиграли европейские сборные, а в 17 из 18 последних розыгрышей клубного чемпионата мира — включая прежний формат, когда турнир был компактнее и проводился ежегодно, — побеждали европейские клубы. Значительная часть ценности турниров ФИФА создается именно благодаря европейским сборным и футболистам, которые либо родились в Европе, либо выступают за клубы этого континента.
С тех пор как Инфантино возглавил ФИФА в 2016 году, он неоднократно говорил о необходимости более эффективной глобализации футбола.
Сторонники Инфантино отмечают, что расширение мужского и женского чемпионатов мира с 32 до 48 участников увеличивает доходы от турниров, а затем эти средства могут перераспределяться между национальными ассоциациями, входящими в ФИФА. Это помогает федерациям развивать футбол в своих странах и одновременно позволяет большему числу сборных принять участие в главном турнире мирового футбола.
Сам Инфантино наверняка сказал бы, что план ФИФА по привлечению внешних партнеров позволит многократно ускорить этот процесс. Однако руководители футбольных организаций по всему миру не понимают, зачем располагающей огромными финансовыми ресурсами ФИФА ставить себя в зависимость от инвесторов. В УЕФА утверждают, что все это лишь прикрытие для стремления ФИФА «использовать наш спорт, чтобы обогатить себя и своих друзей».
Если воспринимать слова Инфантино буквально, в идее сделать футбол более конкурентоспособным за пределами Европы действительно есть рациональное зерно.
Расширяя интересы ФИФА в клубном футболе, Инфантино снижает зависимость организации от мужского чемпионата мира, который обеспечивает подавляющую часть ее доходов. Он подчеркивает проблему, знакомую многим болельщикам: даже внутри Европы за главными трофеями охотится лишь горстка клубов.
В 2022 году на одной из сессий образовательной программы ФИФА по клубному менеджменту Инфантино заявил руководителям клубов...
Действительно существует разрыв между несколькими европейскими странами — даже не всей Европой, а лишь несколькими странами — и остальным миром. Нам необходимо сократить этот разрыв. Не за счет того, чтобы тянуть ведущие европейские клубы вниз, потому что они тоже должны продолжать расти. Но остальной мир также должен развиваться, чтобы футбол на глобальном уровне становился более конкурентоспособным.Джанни Инфантинопрезидент ФИФА
На первый взгляд, аргумент вполне убедительный. Однако в руководящих кругах УЕФА действия ФИФА гораздо чаще воспринимают как попытку захватить больше власти и денег — за счет финансовых возможностей самой УЕФА и сложившейся гегемонии Европы в мировом футболе.
Противостояние между Чеферином и Инфантино впервые по-настоящему обострилось в 2018 году, когда последний пытался протолкнуть сделку на $25 млрд с компанией SoftBank, которую поддерживали японские и саудовские инвесторы. Проект предполагал создание новых глобальных турниров для клубов и сборных.
Сообщалось, что в рамках этой сделки на каждый розыгрыш обновленного клубного чемпионата мира планировалось выделять по $3 млрд. Кроме того, предполагалось создать глобальную версию Лиги наций.
Изначально Лига наций была проектом УЕФА, и европейская организация намеревалась лицензировать этот формат другим конфедерациям по всему миру. В УЕФА опасались, что сотрудничество SoftBank и ФИФА способно ударить по позициям Лиги чемпионов, нарушить футбольный календарь, а новые глобальные турниры могут отобрать у УЕФА часть существующего рынка телетрансляций и спонсорских контрактов.
УЕФА также первым открыто выступила против идеи проводить чемпионат мира раз в два года. ФИФА официально эту инициативу не поддержала, однако Конгресс организации согласился провести консультации по этому вопросу.
Чеферин, в свою очередь, заявил, что европейские сборные будут бойкотировать такой турнир, и утверждал, что его позицию поддерживает КОНМЕБОЛ — Южноамериканская конфедерация футбола.
С момента проведения первого чемпионата мира в 1930 году победителями турнира неизменно становились сборные Европы или Южной Америки. На фоне разногласий с ФИФА УЕФА и КОНМЕБОЛ сформировали альянс, чтобы противостоять ее инициативам. Сотрудничество зашло настолько далеко, что в апреле 2022 года организации даже открыли совместный офис в Лондоне.
Одним из результатов этого партнерства стало создание Финалиссимы — матча между победителями чемпионата Европы и Кубка Америки. Пока состоялся лишь один такой матч — в 2022 году. Проведение Финалиссимы-2026, которая должна была пройти в Катаре в марте, пришлось отменить из-за конфликта в регионе Персидского залива.
Посыл этого совместного проекта был очевиден: если ФИФА продолжит продвигать инициативы, которые Европа и Южная Америка считают противоречащими их интересам, эти конфедерации будут действовать самостоятельно, добиваясь собственных целей.
Им удалось отбиться от идеи проводить чемпионат мира раз в два года, однако в последнее время КОНМЕБОЛ сблизилась с ФИФА — особенно после того, как получила право провести женский чемпионат мира 2027 года в Бразилии. Теперь южноамериканская конфедерация хочет, чтобы ФИФА расширила мужской чемпионат мира 2030 года, основными хозяевами которого станут Испания, Португалия и Марокко, до 64 команд в честь столетия турнира.
Но есть и более конкретная цель — добиться проведения в Южной Америке большего количества матчей, чем три встречи, предусмотренные нынешним планом. Эта идея получила новый импульс во время ЧМ-2026: расширение турнира до 48 сборных впечатлило многих, хотя и не всех.
Тем временем лондонский альянс УЕФА и КОНМЕБОЛ отошел на второй план. Источники описывают его нынешнюю деятельность как весьма ограниченную и не исключают, что проект вообще может быть свернут. О растущем сближении КОНМЕБОЛ с Инфантино красноречиво свидетельствовал эпизод в Парагвае, где штаб-квартира конфедерации и гостиничная сеть Bourbon назвали одну из башен в честь президента ФИФА.
На пике конфликта между УЕФА и ФИФА напряженность проявлялась и публично.
Когда Инфантино во время выступления на Конгрессе УЕФА в 2020 году призвал пересмотреть календарь мужского футбола, Чеферин ответил: «Ни один футбольный функционер, каким бы огромным ни было его эго, не должен считать, что именно мы — главные звезды этого шоу…»
Следующей весной напряженность усилилась еще больше, когда появились планы создания закрытой европейской Суперлиги для ведущих клубов континента — и всего через три дня проект фактически развалился. В УЕФА до сих пор не исчезли подозрения, что ФИФА заранее знала о проекте Суперлиги и была к нему причастна, хотя сама ФИФА это отрицает.
Эти чувства вспыхнули вновь на этой неделе, когда выяснилось, что банковский гигант JP Morgan, стоявший за проектом Суперлиги, также сотрудничал с ФИФА по плану Инфантино по продаже доли в коммерческом бизнесе организации.
На прошлогоднем Конгрессе ФИФА все прежние противоречия вновь вырвались наружу. После того как восемь европейских членов Совета ФИФА покинули заседание, УЕФА выступила с заявлением: «Все мы занимаем свои должности, чтобы служить футболу — от улиц до пьедесталов».
Их уход и последовавшее осуждение произошедшего явно задели некоторых представителей ФИФА. При этом между Инфантино, который прилетел на тот конгресс в Асунсьон на катарском частном самолете, и Чеферином, перемещавшимся по Германии во время Евро-2024 на частном борту, можно найти немало общего.
Вскоре после того, как европейские функционеры покинули заседание Совета ФИФА, из Асунсьона вылетел частный самолет. Когда в прошлом году УЕФА спросили, покинул ли Чеферин страну частным рейсом, организация не стала отвечать.
При этом представители УЕФА, демонстративно покинувшие конгресс, получают весьма солидное вознаграждение за работу в ФИФА. Чеферин как президент конфедерации и вице-президент Совета ФИФА имеет право на чистую ежегодную выплату в размере $300 тысяч. Ни УЕФА, ни ФИФА не ответили на вопрос, получает ли он эти деньги от ФИФА.
Есть у Инфантино и Чеферина и общие проблемы. Выйдя на территорию клубного футбола с клубным чемпионатом мира, ФИФА теперь может сравнить с УЕФА опыт взаимодействия с богатейшими и наиболее популярными клубами Европы. За исключением «Реала», их интересы обычно представляет Ассоциация европейских клубов (ECA).
Однако теперь заявления Инфантино столкнулись с реальностью. Пока президент ФИФА говорит о глобализации футбола, клубный чемпионат мира вновь оказался выгоднее всего богатейшим европейским командам. Выплаты за участие европейским клубам составляли от $12,8 млн до $32,8 млн, тогда как максимальная сумма для южноамериканской команды равнялась $15,2 млн. Представители Северной Америки, Азии и Африки получили по $9,6 млн, а Океании — $3,6 млн.
Если добавить к этому десятки миллионов долларов призовых, большая часть которых досталась европейским клубам благодаря их значительно более крупным бюджетам — в финале встретились «Челси» и «Пари Сен-Жермен», — получается, что клубный чемпионат мира лишь еще сильнее закрепил и расширил доминирование той самой небольшой группы европейских клубов, на которое сетовал Инфантино.
Тем не менее в прошлом году в Асунсьоне президент ФИФА вновь подчеркнул, что, по его мнению, главный потенциал роста футбола находится за пределами Европы.
Тогда же он фактически намекнул на события этой недели. Инфантино заявил, что при «относительно небольших инвестициях» со стороны Саудовской Аравии и США глобальный футбольный ВВП (валовой внутренний продукт) может вырасти с $270 млрд в год до полутриллиона долларов. Саудовские инвестиции никто и не пытался скрывать: миллиарды вкладываются в чемпионат мира 2034 года, который пройдет в этой стране, а местная лига разбрасывается деньгами, словно конфетти.
Теперь наконец стало понятно, что именно имел в виду Инфантино, когда призывал американские инвестиционные фонды выйти на футбольный рынок. И этим шагом он превратил холодную войну с Европой в ядерную.