После матча с Никарагуа можно было хотя бы зацепиться за результат и сказать, что сборная России, пусть и неубедительно, но всё-таки выиграла. В Петербурге против Мали не случилось даже этого. Команда Валерия Карпина сыграла 0:0, а безголевой счёт довольно точно передаёт содержание вечера, главным впечатлением от которого была раздробленность. Сборная Мали приехала далеко не в сильнейшем составе, с большим количеством отсутствующих и несколькими дебютантами в заявке. На бумаге это не отменяло того, что африканская команда организованна, физически крепка и дисциплинированна без мяча, но ждали от сборной России другого. Тем более, Карпин по сравнению с игрой в Краснодаре полностью обновил стартовый состав, и на этот раз сочетание футболистов выглядело ближе к тому, что принято считать основным.
Первые минуты прошли по ожидаемому сценарию. Россия забрала мяч, попыталась сесть на чужую половину и искать подходы через позиционные атаки. Но очень быстро стало понятно, что главной задачей сборной будет найти хоть какую-то остроту у ворот соперника. О красоте и способах говорить не приходилось. Самый заметный момент первой части тайма пришёл после стандарта, когда Иван Обляков мощно пробил с линии штрафной и попал в штангу. Это был хороший эпизод, но вместе с тем и показательный: в позиционной игре Россия почти не добиралась до по-настоящему опасных зон, и снова приходилось рассчитывать либо на розыгрыши стандартов, либо на дальние удары.
Ближе к середине тайма команда Карпина получила отличный шанс всё-таки сделать матч более удобным. Александр Головин мягко забросил мяч в штрафную, Дмитрий Воробьёв упал после контакта с Натаном Гассамой, и арбитр назначил пенальти. Эпизод, как и в игре с Никарагуа, получился не самым однозначным, но это уже не имело значения — Иван Обляков с точки пробил выше ворот. В матче, который и без того вяз в собственной тяжести, такой момент был слишком важен.
И, что неприятно для России, после этого игра не ускорилась, а словно ещё сильнее распалась. Нереализованный пенальти не разозлил хозяев, а скорее добавил нервозности и неточности. Сборная Мали почувствовала, что матч вполне можно держать под контролем, стала смелее выходить вперёд и к концу тайма уже не выглядела гостем, который просто отбивается. Опасности у ворот Станислава Агкацева было немного, но важнее то, что Россия потеряла ощущение инициативы, даже продолжая владеть мячом.
Лучший отрезок сборной России был сразу после перерыва
Если в этом матче и был момент, когда казалось, что Россия всё-таки может дожать, то он пришёлся на старт второго тайма. Именно тогда команда Карпина провела свой самый живой отрезок за весь вечер. Появилась динамика, мяч стал двигаться быстрее, а у ворот Мамаду Самассы наконец начали возникать ситуации, в которых вратарю приходилось действительно выручать.
Сначала Головин опасно пробил под перекладину — Самасса справился. Затем Обляков снова заставил голкипера работать дальним ударом. После ещё одного эпизода Вахания оказался в хорошей позиции, но перекинуть вратаря тоже не смог. Это был тот отрезок, когда Россия наконец выглядела командой, способной задавить соперника серией атак, а не просто перекатывать мяч в поисках идеи. Но именно здесь и проявилась главная проблема этого матча — этот всплеск оказался слишком коротким. Россия не превратила преимущество в гол, а потом постепенно снова скатилась в ту же вязкую и маловыразительную игру, из которой так и не выбралась до финального свистка.
Карпин начал менять состав, выпустил Комличенко, Петрова, Бевеева, позже добавил Пруцева, Глебова, Садулаева, Морозова. Отдельные эпизоды после этого возникали: Комличенко помогал делать забросы более осмысленными, Глушенков имел момент после скидки, были подачи, навесы, попытки дожать. Но всё это больше напоминало набор отдельных действий, чем полноценный финальный штурм.
Нулевая ничья — точная характеристика всего мартовского окна
В какой-то момент показалось, что обе команды перестали надеяться на гол, а просто ждали свистка. Мали не отказывалась от редких вылазок и временами даже тревожила Агкацева дальними ударами, Россия продолжала владеть мячом, но без ощущения опасности. Даже особенного давления и попытки навала в концовке не было, за что, конечно, нужно хвалить и соперника команды Карпина.
Именно поэтому 0:0 воспринимаются не как случайность, а как логичный итог. Россия не проиграла, но и не создала почти ничего, за что этот матч можно было бы запомнить со знаком плюс. Были штанга, незабитый пенальти, короткий хороший отрезок после перерыва и несколько спасений вратаря Мали. Для домашней игры против экспериментального состава соперника этого слишком мало.
В итоге мартовское окно для сборной России получилось очень показательным. Победа над Никарагуа не убедила, матч с Мали — тем более. И если выносить из этой встречи главный сюжет, то он не про конкретную схему, не про ротацию и не про то, кто лучше или хуже воспользовался шансом. Россия уже в который раз выглядела сборной, которой тяжело поддерживать внутренний темп и внятную мотивацию в бесконечной череде товарищеских матчей. Это ощущалось почти в каждом эпизоде игры в Санкт-Петербурге.