ESPN анализирует, как ментальная перестройка помогла «Будё-Глимт» добиться исторических успехов в Европе.
«Будё-Глимт», главный андердог европейского футбола, медитирует перед тренировками, собирается в кольцо после пропущенных мячей, чтобы обсудить эпизод, и перед каждым матчем внутри команды выбирает капитана.
Их ключевой принцип — никогда не говорить о победе и не смотреть в турнирную таблицу. Здесь вы не услышите ни одной банальной фразы о необходимости «обязательно брать три очка».
И это лишь малая часть объяснения того, почему маленький клуб из Норвегии, расположенный так далеко на севере, что находится за Полярным кругом, в четверг играет в полуфинале Лиги Европы против «Тоттенхэма» — всего в двух матчах от европейского трофея и путевки в следующую Лигу чемпионов.
В городе Будё никому не нужно объяснять, что это история Давида против Голиафа. Здесь прекрасно знают, что все население города (42 831 человек) можно уместить на стадионе «шпор» — и при этом останется еще 22 тысячи пустых мест.
Их годовой трансферный бюджет сопоставим с зарплатой одного игрока «Тоттенхэма» за сезон. Они понимают, что по-прежнему едва заметны на карте европейского футбола, и что соперники в этом сезоне всякий раз проверяют, куда именно им предстоит лететь: ведут пальцем на север, потом еще севернее — пока не находят точку, расположенную в 16 часах езды от Осло, где в декабре световой день длится всего 56 минут, а в июле солнце почти не заходит за горизонт.
И все же в самом «Будё-Глимт» никто не удивлен тому, как далеко команда зашла. Возможно, это и вовсе не история про аутсайдера. Свой первый чемпионский титул в Норвегии клуб выиграл в 2020 году, а всего за последние пять сезонов становился чемпионом четырежды. За это время команда регулярно выходила в еврокубковые плей-офф и обыгрывала серьезных соперников — среди них «Рома», «Селтик» и «Бешикташ».
В нынешнем сезоне норвежцы обыграли «Порту» на этапе лиги и дали серьезный бой «Манчестер Юнайтед». В четвертьфинале они прошли «Лацио» по сумме двух матчей — первый из которых проходил в условиях настоящей арктической метели. Поэтому мысль о том, что к этому списку может добавиться и «Тоттенхэм», звучит не фантастикой, а вполне рабочим сценарием, пусть и не самым вероятным.
Причин, по которым клуб добрался до полуфинала, несколько. Во многом это заслуга золотого поколения воспитанников — таких как Енс Петтер Хёуге и Патрик Берг, которые закрепились в основе незадолго до первого чемпионского сезона 2020 года.
Свою роль играют и суровые погодные условия, с которыми сталкивается любая приезжая европейская команда, а также сыгранный состав, почти полностью укомплектованный футболистами с севера Норвегии — многие родом из самого Будё.
Наконец, важен и привлекательный игровой стиль, привитый тренерским штабом во главе с наставником Кьетилем Кнутсеном, которого уже связывают с возможным переходом в клубы АПЛ.
Но любой рассказ о стремительном взлете «Будё-Глимт» обычно начинается с 2017 года — вылета во второй норвежский дивизион и появления в клубе бывшего лётчика-истребителя Бьёрна Маннсверка.
Восемь лет назад Маннсверк пришел в клуб, вскоре после того, как завершил активную службу, включавшую боевые вылеты над Афганистаном и Ливией. Один из его сослуживцев поговорил с представителями «Будё-Глимт» и предположил, что он может оказаться полезен.
Это было вскоре после вылета команды из высшего дивизиона, и руководство было убеждено: игроки достаточно сильны, но в концовке сезона их подвел психологический надлом. Так в клуб пригласили Маннсверка, человека, почти не интересовавшегося футболом, и предложили поработать с командой. Он согласился.
«Бьёрн промывает нам мозги уже шесть лет», — сказал ESPN бывший полузащитник клуба Орьян Берг, ныне работающий в академии. Его сын, Патрик Берг, является капитаном команды.
Маннсверк согласился сотрудничать с клубом при двух условиях: игроки должны были приходить к нему добровольно — он не работал с теми, кого направляли принудительно, — и он не должен был становиться их агентом.
«Я сразу сказал, что не буду продавливать решения в интересах клуба, будь то подписание нового контракта или изменение подхода к тренировкам, — объяснял он ESPN. — Я буду работать ради самого игрока».
Маннсверк, который не получал зарплату и позже признавался, что поначалу воспринимал эту работу скорее как «хобби», задал руководству встречный вопрос: «А что, если игрок скажет, что больше не хочет играть в футбол? Что, если он захочет уйти из клуба? Я поддержу его в таком решении. Готовы ли вы пойти на такой риск»?
Для клуба было серьезным риском довериться человеку, которому они даже не платили. Но в «Будё-Глимт» решили попробовать и чувствовали, что это может сработать. И долго ждать не пришлось: опасения довольно быстро стали реальностью.
Одним из первых к Маннсверку пришел полузащитник Ульрик Салтнес.
«Очень умный игрок, — говорил Маннсверк. — На тренировках великолепен, в матчах — никакой».
Во время игр Салтнес страдал от проблем с желудком, которые приводили к приступам диареи. Из-за этого он мог проводить на поле лишь по одному тайму, а однажды и вовсе пропустил неделю тренировок.
Медицинский штаб клуба провел все возможные обследования, но ничего не обнаружил. Сам Салтнес был уверен, что дело в психологии. Возможно, Маннсверк сможет помочь, подумал он.
«Он сказал: "Я так устал терпеть неудачи в матчах и так устал от боли", — вспоминал Маннсверк. — А затем признался, что в ближайшие месяцы собирается закончить с футболом и поступить в университет. Я ответил: "Хорошо, это тоже вариант". Мы начали обсуждать: Почему ты любишь футбол? Это ведь твоя мечта — и ты собираешься от нее отказаться»?
Салтнес рассказал о колоссальном психологическом давлении, которое сам на себя оказывает.
Когда ты ставишь перед собой слишком высокую планку или ограничиваешь себя по времени, пытаясь все исправить, становится очень тяжело. Если единственный способ справиться с неудачей — усилить давление, долго так не протянешь. Думаю, именно это и происходило с Ульриком: он жил в таком режиме много лет. Да, его мастерство росло, но уровень стресса был слишком высоким. Его организм годами подавал сигналы. В конце концов тело словно сказало ему: «Ты больше не будешь играть». Я сказал: «Хорошо, но раз ты все равно уходишь, почему бы просто не насладиться последними месяцами? Плыви по течению, не переживай ни о чем и просто получай удовольствие».Бьёрн Маннсверкбывший лётчик‑истребитель
Салтнесу эта идея понравилась, но он тут же возразил: это звучало как игра на автопилоте. Он ведь не справлялся даже на максимальной интенсивности — как же это может помочь?
«Ты можешь получать меньше игрового времени, чем сейчас»? — спросил Маннсверк. «Нет. Тебя уволят? Нет. Значит, никакого риска нет».
Возразить было нечего. Салтнес согласился попробовать.
«Он действительно перестал зацикливаться, снял с себя все давление, и его игра сразу раскрылась, — вспоминал Маннсверк. — Примерно через полтора месяца боли в желудке почти полностью исчезли. Почти чудо, но на самом деле это просто показывает, что с человеком может сделать длительное психологическое давление».
Сказать, что все сложилось удачно, — значит сильно преуменьшить. Достаточно вспомнить первый матч четвертьфинала Лиги Европы против «Лацио», сыгранный в снежной арктической буре ранее в этом месяце. «Будё-Глимт» победил со счетом 2:0 — и оба мяча забил Салтнес.
Бьёрн Маннсверк при полной поддержке тренерского штаба и руководства клуба предложил и другие нововведения. Например, он рекомендовал игрокам каждое утро перед тренировкой медитировать — прямо в игровой форме.
Я часто вижу, что в разных организациях к этому относятся настороженно, возникает определенное сопротивление. Но наш подход — это жесткая работа на результат. Здесь нет ничего размыто-духовного. Никаких странных ритуалов, дыма и прочего. Это чистая эффективность. Мы, лётчики-истребители, делаем то же самое: в лётных комбинезонах, садимся в привычные кресла и медитируем.Бьёрн Маннсверкбывший лётчик‑истребитель
После индивидуальных получасовых встреч с игроками он начал проводить групповые собрания. Это были открытые разговоры — безопасное пространство, где можно делиться мыслями и идеями, предельно честно обсуждать игру и собственные ошибки. Затем эти мысли формулировались и передавались тренерам. Как говорит Маннсверк, «это создает трение».
Главный принцип клубной философии сегодня — не смотреть на все через призму табло: турнирные таблицы, очки и стадии кубков больше не определяют их понимание успеха.
Вместо этого команда сосредоточена исключительно на «процессе», на том, что находится под ее контролем. Любой, кто играл в футбол или просто его смотрел, знает: сильнейшая команда побеждает не всегда, а счет на табло зачастую создает лишнее давление.
На словах все звучит просто, но на деле требует полной вовлеченности всего клуба и готовности мыслить иначе. Разговор внутри команды всегда строится вокруг одного — качества игры. Что можно улучшить? Где прибавить? И такие разговоры привели к довольно неожиданным решениям.
Идея собираться в кольцо после каждого пропущенного мяча родилась из беседы Маннсверка с футболистами. Он заметил, что их коммуникация на поле куда слабее, чем в раздевалке перед матчем или в перерыве.
«Жаль, что в футболе нет тайм-аута, как в гандболе», — сказал игрокам Бьёрн Маннсверк, вызвав смех в команде.
Но вскоре во время одной из пауз кто-то обратил внимание: после каждого гола игра ведь все равно останавливается. Почему бы не использовать этот момент? Так появилось «Кольцо» — быстрое собрание игроков, чтобы обсудить, что пошло не так и как это исправить.
«Это способ проявить заботу друг о друге, встать плечом к плечу и сказать: Ладно, бывает, давайте соберемся», — объяснял Маннсверк.
Примерно через полтора года перед одним из еврокубковых матчей другой футболист заметил, что команда нередко теряет концентрацию на несколько минут после забитого мяча. Почему бы не собираться в «Кольцо» и после своих голов?
Все эти встречи и методики заметно раскрепостили команду и дали уверенность в том, что она способна реализовывать атакующую модель главного тренера Кьетиля Кнутсена — с агрессивным прессингом и рискованными передачами.
«Не думаю, что мы смогли бы играть так без Бьёрна и всей этой ментальной работы», — говорил Ульрик Салтнес в интервью The New York Times в 2020 году. — «Нет, вряд ли это закончилось бы хорошо».
Результат — несколько чемпионских титулов и самый дальний еврокубковый поход в истории клуба в нынешнем сезоне. Как говорит Орьян Берг: «Мне кажется, нынешняя команда показывает лучший футбол, который когда-либо видели в Норвегии».
В «Будё-Глимт» могут избегать разговоров о триумфе в Лиге Европы, но, похоже, болельщикам об этом никто не сказал. Стадион клуба вмещает чуть больше 8 тысяч зрителей, а значит, большинство жителей города не смогут попасть на ответный полуфинал в следующий четверг.
«Каждый человек, которого встречаешь на улице, будь ему 2 года или 102, говорит только о "Тоттенхэме", и в 99% случаев разговор сводится к билетам на матч», — рассказал ESPN Рунар Берг, брат Орьяна, тоже бывший игрок клуба, ныне работающий в маркетинговом отделе.
Болельщики переживают, сможет ли команда выдержать испытание коллективом Энджа Постекоглу. Задачу осложняют и кадровые потери: полузащитники Патрик Берг и Хокон Эвьен пропустят первый матч из-за дисквалификаций, нападающий Андреас Хельмерсен выбыл на все противостояние, а участие вингера Уле Бломберга и основного центрального защитника Одина Бьёртуфта остается под вопросом.
Однако внутри клуба эти опасения не считаются главной темой.
«У нас есть и другие игроки», — говорит Бьёрн Маннсверк. Это почти вдохновляюще непоколебимая вера в возможности собственной команды.
Работа Маннсверка не осталась незамеченной. Другие клубы обращались к «Будё-Глимт», пытаясь узнать секрет их успеха. Сам он предпочитает называть себя не «ментальным тренером», а «строителем культуры», и уже получал предложения от других команд.
«Я отвечаю: "Нет, я с Будё", — говорит он. — Иногда слышу в ответ: "Хорошо, а у вас есть другой лётчик-истребитель или военный"? И тогда понимаешь: они так ничего и не поняли. Поэтому мы не боимся делиться своими методами — мы знаем, насколько трудно все это действительно реализовать».