The Athletic на примере перехода Бруно Гимарайнса показывает, как растущий финансовый разрыв позволяет «Большой шестерке» все активнее переманивать лучших игроков у остальных клубов АПЛ.
Переход Бруно Гимарайнса из «Ньюкасла» в «Арсенал» за 75 млн фунтов — еще одно подтверждение сразу нескольких тенденций последних лет.
Заплатив внушительную сумму за 28-летнего бразильского полузащитника, «Арсенал» продолжил придерживаться стратегии, предполагающей крупные траты на футболистов, способных сразу усилить основной состав. Год назад лондонцы потратили около 185 млн фунтов на игроков старше 24 лет — прежде ни один английский клуб не расходовал столько на футболистов этой возрастной категории за один сезон. Первый за 22 года титул чемпиона АПЛ доказал состоятельность такого подхода.
Тем временем уход Гимарайнса, который был главной звездой «Ньюкасла», пополнил список громких расставаний и стал еще одним свидетельством того, насколько успешно клуб научился продавать игроков. С сентября прошлого года «Сент-Джеймс Парк» покинули Александер Исак, Энтони Гордон и Сандро Тонали, а также главный тренер Эдди Хау.
За 12 лет, вплоть до конца июня 2025 года, «Ньюкасл» заработал 352 млн фунтов на продаже футболистов. По самым скромным подсчетам (даже с учетом выплат по пунктам о перепродаже и солидарных отчислений бывшим клубам) можно предположить, что за последние 12 месяцев клуб заработал сопоставимую сумму.
Эти цифры многое говорят о нынешнем положении «Арсенала» и «Ньюкасла», однако трансфер Гимарайнса подчеркивает и тенденцию, которая стремительно становится характерной для АПЛ: богатейшие команды все чаще забирают лучших футболистов у остальных клубов чемпионата.
Трансфер Гимарайнса — уже десятый случай этим летом, когда один из представителей «Большой шестерки» («Арсенал», «Челси», «Ливерпуль», «Манчестер Сити», «Манчестер Юнайтед» и «Тоттенхэм») приобретает игроков (зачастую сильнейших) у других 14 клубов элитного дивизиона.
До него тем же путем уже прошли Морган Роджерс, Эллиот Андерсон, Сандро Тонали, Максанс Лакруа, Ян Паул ван Хекке, Юри Тилеманс, Дэнни Уэлбек, Маркос Сенеси и Джордан Хендерсон. Аналогичные переходы совершили и запасные вратари Иллан Мелье и Карл Дарлоу — они сменили клубы на правах свободных агентов.
На первый взгляд, в этом нет ничего особенно примечательного.
Трансферы Уэлбека и Хендерсона отличаются от остальных, да и в футболе всегда существовала своя иерархия — как на поле, так и за его пределами. Самые богатые клубы могут покупать наиболее талантливых футболистов, благодаря чему их команды становятся сильнее, а сами клубы — привлекательнее, чем прежде.
Это, в свою очередь, убеждает новых игроков последовать тем же путем — получается самоподдерживающийся цикл доминирования. «Манчестер Юнайтед» при сэре Алексе Фергюсоне регулярно забирал лучших футболистов у остальных клубов.
Однако исследование The Athletic показывает, что эта тенденция стремительно набирает обороты.
В The Athletic использовали следующую методику: взяли шесть клубов с самыми высокими доходами в каждом конкретном сезоне АПЛ (с 2009 года это неизменно представители той самой «Большой шестерки») и подсчитали общее количество футболистов, которых они приобрели у остальных участников чемпионата.
При этом не учитывались бесплатные переходы резервных вратарей — вроде трансферов Мелье и Дарлоу — и сделки внутри самой «Большой шестерки», например недавний переход Андрея Сантоса из «Челси» в «Манчестер Юнайтед». Выяснилось, что поток таких трансферов достиг исторического максимума — даже несмотря на то, что середняки и клубы из нижней части таблицы АПЛ сегодня богаче, чем когда-либо прежде.
Прошлым летом 11 футболистов перешли из клубов, не входящих в «Большую шестерку», в команды из этой группы, причем в таких сделках поучаствовали все шесть грандов. В январе «Манчестер Сити» приобрел Антуана Семеньо и Марка Гехи — лучших игроков «Борнмута» и «Кристал Пэлас» соответственно, — благодаря чему общее число подобных трансферов в сезоне-2025/26 выросло до 13.
Это новый рекорд. До этого количество таких переходов лишь однажды достигало двузначного значения — в сезоне-2014/15, когда богатейшие клубы воспользовались возможностью переманить сразу несколько игроков у менее обеспеченных команд, отлично зарекомендовавших себя в скаутинге и развитии молодежи.
Из 10 переходов из остальных 14 клубов в «Большую шестерку» в том сезоне пять пришлись на игроков «Саутгемптона», еще три — на футболистов «Суонси».
За последние 14 месяцев состоялось уже 23 такие сделки — это можно назвать массовой миграцией лучших талантов от менее обеспеченных клубов к самым богатым. При этом, в отличие от ситуации 12-летней давности, теперь гранды не сосредоточены лишь на нескольких командах: с начала прошлого лета игроки ушли в «Большую шестерку» из 11 разных клубов АПЛ.
Разумеется, продавцы получили от этого значительную финансовую выгоду. Совокупная стоимость этих 23 трансферов составила почти 1,2 млрд фунтов — сумму, которую трудно назвать несущественной. Эти деньги в определенной степени позволяют продавцам реинвестировать средства в приобретение новых талантов и благодаря этому становиться сильнее.
Если добавить к этому рекордные выплаты за результаты во внутренних соревнованиях, то середина таблицы АПЛ, вероятно, никогда еще не была настолько сильной. Регулярные победы английских клубов в финалах Лиги Европы и Лиги конференций УЕФА говорят сами за себя.
И все же одновременно усиливается ощущение неизбежности того, что эти клубы будут терять своих звезд, причем в пользу прямых конкурентов внутри страны. Такое происходит гораздо чаще, чем прежде, и еще сильнее закрепляет иерархическую структуру английского футбола.
Во времена Фергюсона считалось само собой разумеющимся, что рано или поздно «Манчестер Юнайтед» заберет самых ярких звезд у команд, находящихся ниже в таблице. В период с 1994 по 2006 год на «Олд Траффорд» из менее богатых клубов перебрались, среди прочих, Тедди Шерингем, Дуайт Йорк, Рио Фердинанд и Уэйн Руни. За 12 сезонов таких трансферов было девять.
Сегодня другой манчестерский клуб — «Манчестер Сити» — провернул пять подобных сделок всего за чуть более чем 12 месяцев. У «Челси» их шесть, хотя переходы Уэлбека и Хендерсона, конечно, нельзя ставить в один ряд с приобретением ключевых футболистов, находящихся примерно на пике карьеры.
У «Тоттенхэма» четыре таких трансфера, у «Арсенала» и «Манчестер Юнайтед» — по три. Замыкает список «Ливерпуль» с двумя, но один из них, разумеется, — переход Исака из «Ньюкасла» за рекордную для британского футбола сумму.
За последнее десятилетие «Челси» приобрел уже 17 игроков у клубов, не входящих в «Большую шестерку». Это говорит как о невероятной активности лондонцев на трансферном рынке, так и об их очевидном предпочтении молодых футболистов, уже успевших проявить себя в высшем дивизионе Англии.
Чаще всех в последние годы своих игроков лишался «Брайтон»: с лета 2021 года десять его футболистов перебрались в клубы «Большой шестерки». Пятеро из них — Мойсес Кайседо, Марк Кукурелья, Жуан Педро, Роберт Санчес, а теперь и Уэлбек — перешли в «Челси».
Почему эта тенденция усиливается? Одна из причин очевидна: богатые клубы стали еще богаче.
В сезоне-2024/25 средняя выручка клуба «Большой шестерки» составляла 635 млн фунтов — и это в год, когда три из шести команд не участвовали в Лиге чемпионов. У остальных 14 клубов АПЛ средняя выручка за тот же сезон составляла 214 млн фунтов. Разница — 421 млн.
Этот разрыв еще никогда не был таким большим и, за исключением двух сезонов, на которые повлияла пандемия, увеличивался каждый год начиная с 2011-го. После пандемии средняя выручка клубов «Большой шестерки» выросла на 189 млн фунтов — более чем втрое сильнее, чем у остальных команд АПЛ. Теперь элита способна предложить футболистам гораздо больше — как в плане зарплаты, так и с точки зрения возможностей бороться за трофеи.
Проблему усугубляют финансовые правила футбола.
Они уже давно позволяют богатейшим командам тратить больше, поскольку основаны хотя бы на некотором подобии принципа финансовой устойчивости. Однако переход к правилу, ограничивающему расходы на состав определенной долей от доходов клуба, не укрепил переговорные позиции менее обеспеченных команд.
АПЛ разрешила своим клубам тратить большую долю доходов, чем предусматривает правило 70%, действующее для участников еврокубков. Такое различие объяснялось необходимостью «защитить конкурентный баланс АПЛ». Но разрыв в доходах настолько велик, что богатейшие клубы чемпионата все равно могут тратить значительно больше остальных. При этом команды из числа менее обеспеченных, добившиеся успеха и поднявшиеся выше в таблице, вскоре сами попадают под более строгие правила УЕФА.
Более того, согласно правилу АПЛ о расходах на состав, прибыль от продажи игроков усредняется за три года. С точки зрения финансовой устойчивости в этом есть смысл: такой механизм не позволяет клубам выбраться из сложного положения за счет одной крупной продажи. Однако одновременно он еще сильнее ограничивает допустимые расходы команд, если те не способны регулярно продавать футболистов с большой прибылью.
Если клубы с самыми высокими доходами могут позволить себе тратить огромные суммы из года в год, то остальные вынуждены жить в условиях постоянных взлетов и спадов. Необходимость продавать игроков в сочетании с привлекательностью клубов, которые регулярно борются за трофеи и соответствующим образом платят своим футболистам, приводит к тому, что мы сейчас наблюдаем: таланты все чаще перемещаются вверх по футбольной иерархии.
Это касается даже команд, владельцы которых вкладывают значительные средства и пытаются пробиться в элиту. Неслучайно на момент написания статьи тремя крупнейшими нетто-продавцами этого лета являются «Ньюкасл», «Астон Вилла» и «Ноттингем Форест». Нынешняя трансферная активность становится еще одной угрозой конкурентному балансу в чемпионате, где и без того почти ни у кого нет реальных шансов на титул.
АПЛ регулярно называют лучшим национальным чемпионатом мирового футбола, однако с конкуренцией — по крайней мере с точки зрения разнообразия чемпионов — там все не так хорошо. Ла Лига — гонка двух команд, которую изредка прерывает «Атлетико»; Лига 1 и Бундеслига, за редкими исключениями, превращаются в легкие прогулки для парижского и мюнхенского грандов соответственно.
Из пяти ведущих европейских чемпионатов только Серия А, где за семь сезонов победили четыре разных клуба, может претендовать одновременно на высокий уровень качества и конкурентности. Хотя многие наверняка возразят, что по качеству футбола она заметно уступает АПЛ.
И каждый новый трансфер вроде перехода Гимарайнса влияет на конкурентный баланс в Англии. У продающих клубов теперь больше денег, чем когда-либо, однако постоянно находить полноценную замену своим лучшим футболистам — задача далеко не простая. Особенно когда все вокруг прекрасно знают, что после очередной продажи у тебя появились серьезные средства.
После «Брайтона» чаще всех за последнее десятилетие от активности «Большой шестерки» страдали «Лестер» и «Вулверхэмптон». С 2017 года каждый из них потерял по шесть игроков, перешедших в богатейшие клубы лиги. Показательно, что обе команды в последние годы вылетели и теперь выступают за пределами АПЛ.
Оптимист может увидеть в этом естественный цикл, при котором наверху происходит ротация и со временем сложившийся порядок меняется. Более того, клуб, который сегодня особенно уязвим перед «стервятниками», когда-то сам был одним из главных хищников. За шесть сезонов АПЛ в 1990-е «Ньюкасл» переманил у менее богатых команд 12 разных футболистов — больше, чем любой другой клуб за тот период.
Однако пока почти ничто не указывает на то, что нынешнюю элиту удастся потеснить. Шесть английских клубов с самыми высокими доходами остаются неизменными уже почти два десятилетия и по-прежнему значительно превосходят остальных по доходам от матчей и коммерческой деятельности. Европейский футбол в целом пережил серьезное расслоение, и, как бы английский футбол ни убеждал себя в обратном, он от этого отнюдь не застрахован.
Есть и еще один момент: богатейшие клубы стали настолько богатыми, что могут просто позволить другим выполнять всю сложную работу, а затем прийти и купить футболистов, которые уже доказали, что способны успешно выступать в сильнейшей лиге мира.
В справедливом спортивном мире клубы с неэффективной селекцией уступали бы место тем, кто работает умнее, — таким, как «Брайтон». В мире, в котором мы живем на самом деле, более богатые команды год за годом забирают у них лучших игроков, тем самым укрепляя «стеклянный потолок». Для большинства клубов теперь шестое или седьмое место — практически предел возможного. Финишировать четвертым — почти чудо. А выиграть чемпионат — фантастика.
Все это означает, что у АПЛ есть проблема. Проблема, которую вряд ли многие готовы признать.