|
«Было бы лукавством отрицать, что каждый футболист мечтает сыграть с таким соперником. Но была четкая договоренность: я перехожу в ЦСКА до окончания группового турнира Лиги чемпионов, после чего возвращаюсь в «Анжи». Исходя из этого, стараюсь себя психологически настраивать на то, что есть сегодня.
Честно сказать, от меня ничего не зависело. После заключительного матча в Милане мы вместе с Леонидом Викторовичем Слуцким улетали в Мюнхен - каждый по своим делам. И так вышло, что ехали в одном такси. Четкого понимания, как все будет дальше, в тот момент не было. Он говорил: мол, может, и удастся договориться с «Анжи», чтобы ты сыграл за нас с «Реалом». Но с тех пор ничего не было.
А потом, перед началом сборов, мы встретились с Юрием Анатольевичем Красножаном, откровенно поговорили, он высказал свое мнение. И мы пришли к тому, что вы видите. Когда я приходил в ЦСКА, изначально готовил себя к тому, что иду строго до конца года. По ходу сложилась удачная ситуация, армейцы вышли из группы, но это уже вторично.
При таком временном статусе очень тяжело показывать весь свой потенциал и добиваться стопроцентного результата: цена ошибки особенно высока, ответственность гораздо выше, и ты это прекрасно понимаешь. Принадлежишь одной команде, выступаешь за другую - и твоя игра в любом случае будет рассматриваться под двойным микроскопом.
Допустим, ЦСКА продлил бы мою аренду на весеннюю часть чемпионата. Не за горами возвращение Игоря Акинфеева. Что будет после этого? Перед тем, как перейти в ЦСКА, я позвонил Игорю, поскольку посчитал себя обязанным проговорить с ним эту ситуацию, и заметил: «Чтобы ты ничего не думал - я просто иду помочь до конца года». Он ответил: «Перестань, о чем ты? Я даже сам тренерам говорил об этом».
Мне дороги наши дружеские отношения, да и команде это не пошло бы на пользу. В том числе и поэтому остаться в ЦСКА еще на полсезона было бы, на мой взгляд, не совсем правильно», - приводит слова Габулова «СПОРТ-ЭКСПРЕСС».
